Рапунцель: запутанная история

В Сторибруке прошел месяц с тех пор, как Эмма Свон разрушила чары Злой Королевы и вернула героям и злодеям сказок воспоминания про их настоящую жизнь. Большинство горожан хотят вернуться домой, в свой мир, и ищут способ это сделать, но у Злой Королевы другие планы на этот город.

Под покровом волшебной ночи тебе послышится легкий стук. Но это не твое чудное воображение, это самая настоящая опасная и манящая Тень стучит по звонкому стеклу твоего окна. Она приоткроет тебе завесу в мир детских грез, и за руку отведет к чудесам и приключениям. Ты последуешь за ней? Хорошенько подумай, дружок, ведь обратной дороги не существует.

Вверх
Вниз

ONCE UPON A TIME ❖ SYMPHONY OF THE NIGHT

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Fight song

Сообщений 1 страница 30 из 51

1

Fight song
And all those things I didn't say
Wrecking balls inside my brain
I will scream them loud tonight
Can you hear my voice this time?

http://funkyimg.com/i/29epm.jpg

Алиса & Бармаглот
Страна Чудес, одна из деревень, дом Бармаглота и лагерь повстанцев ❖ до наложения заклятья

О П И С А Н И Е
       Тогда я впервые увидела его. Словно скала сначала дала трещину, а потом расправила свои крылья. В темноте сверкали два красных глаза, похожие на угольки, которые пристально следили за каждым моим движением. Этот взгляд казался мне знакомым, но размышлять о происходящем не было времени. Дракон изверг из своей пасти фиолетовое пламя, ослепив меня, а когда я снова открыла глаза, передо мной стоял рыцарь в темных доспехах. Это был Томас. Я не хотела верить своим глазам и до последнего надеялась, что это все дурман, что это не он. Бармаглот – как я могу его так называть?
       Он занес меч и первое, что мне пришло в голову, - вылить на рыцаря чернила каракатицы. Рыцарь понял это и увернулся, но несколько капель все-таки попали в цель. Выронив из рук меч, рыцарь пытался сопротивляться магии, и с большим усилием сумел скрыться в лабиринте улиц.
       Но он вернется. И отомстит.

+1

2

Томас стоял у карты Страны Чудес, висевшую на стене и истыканную дротиками, которыми обозначались места, где дракон побывал в поисках повстанцев, оставляя после себя пепелище. За последние два месяца дротиков на карте увеличилось и их станет больше, пока он не найдёт Мирану и её свору безумцев. Активность повстанцев становилась всё выше, и дракон надеялся, что тому не стало причиной присоединения к ним Алисы. Они так мечтали её получить, готовы были увести её силой и могли пойти на что угодно, только бы она поступила согласно пророчеству. Но меча у них всё ещё не было, он, как и обычно, был при Томасе, спрятанный в трость.
Томас останавливает взгляд на одной из деревушек в южной стороне. Она не раз упоминалась в последних донесениях как одна из возможных, где обитали повстанцы, и следовало бы её давно проверить, но читая сухие сообщения своих шпионов, он не находил того, что могло действительно показать, что там могут быть враги королевы. Он отправлял целые отряды в другом направлении, но шпионы оставались на юге, следили за всем, что происходит, и должны были докладывать о любых изменениях в жизни людей. И они не плохо справлялись, потому что сегодня дракон намеревался отправиться на юг. Не слишком далеко, но, возможно, зайдёт и дальше, а пока его ждёт бал герцогини, где он должен быть, а оттуда до нужной деревни рукой подать. К тому времени отряд карточных солдат будет на месте, и во главе с драконом они вытравят всех предателей, если они там есть.
Время близилось к тому, чтобы отправиться на бал, и Томас покидает кабинет, запирая его. На улице его ждала лошадь и небольшой отряд, построенный и готовый выступить в любую минуту. Колдун придирчиво осмотрел строй, а солдаты под пристальным взглядом вытягивались всё больше, и эта попытка показать себя как можно лучше, только ухудшала всё, превращая строй в неровный.
- Проверить бы, как они горят, - мысленно усмехнулся Томас, представив, как эта кучка карт горит, сбившись в кучу. На закате было бы прекрасное зрелище, которым Бармаглот бы с удовольствием полюбовался, а должен вести их против повстанцев и наблюдать совершенно иное. Он чувствовал, как дракон внутри довольно урчит, подобно коту, получившему миску сливок, в предвкушении, что скоро снова прольётся кровь. Сегодня он проявит себя, и никто его не остановит.
- Я появлюсь на балу и присоединюсь к вам. Нападём на закате. И помни, без меня ничего не предпринимай, -  Томас выделяет последние слова, делая на них упор. Ему не нужно, чтобы неосторожно солдаты спугнули повстанцев, а он обеспечит внезапность, напав сверху.
Перекинувшись её парой фраз с командиром, колдун оставляет его. Он не хотел появляться на балу, но это было едва ли не приказ королевы. Зачем ей это? Раньше она мирилась с нелюдимостью дракона, а сейчас буквально толкала его к людям. И он послушался, в тот момент почувствовав, как невидимый поводок неприятно стягивает шею.
Размах бала не оставил бы равнодушным никого, но Томас не замечал окружающей его красоты. Он поговорил с некоторыми знакомыми, но танцевать ни с кем не стал, как бы ему не намекали некоторые пригласить их на танец. А когда начался вальс он и вовсе скрылся, даже не попрощавшись с хозяйкой. Впрочем, он не горел желанием её видеть, да она вряд ли была рада встречи с ним.
[float=right]http://s7.uploads.ru/IUBdz.gif[/float]Солдаты ждали в указанном месте. Томас отпустил коня, присоединившись к ним, и обменявшись взглядами с командиром обратился в дракона, тут же взлетая, и пролетев совсем не много обрушивает на деревню столп огня, поджигая крайние дома. Люди повыскакивали, началась паника, кто-то кричал, получив ожоги, но страдать долго не пришлось. Появившиеся солдаты, как и всегда, получили приказ никого не щадить. Томасу как-то сказали, что с такой жестокостью он скоро истребит всё население Страны Чудес, но он не был с этим согласен. Гибли многие, но не все. Кому-то удавалось скрыться, кого-то он щадил. Ради чего? Чтобы они рассказывали о том, что случилось, и сеяли страх перед драконом? Возможно так оно и было. И в этот раз кто-то выживет, кто-то окажется в тюрьме, а предатели умрут.
Бармаглот пролетает над деревней, погружая её в огонь. Деревянные дома, соломенные крыши вспыхивали легко, и огонь распростился с неимоверной скоростью. Люди, бегая по улице, суетятся, пытаясь спасти дорогое, а дракон наблюдает за ним через красную думку, застилающую глаза и клонит голову на бок, смеясь над тем, что происходит. и спускается на землю, преграждая путь некоторым, кто пытался покинуть горевшую деревню, и теперь с одной стороны путь к спасению им перекрывал дракон, а с другой – солдаты.

Отредактировано Thomas Fleming (17 марта, 2016г. 11:19:25)

+1

3

- Ты проиграл, так что давай, - весело произнесла Алиса, посмотрев на Дроссельмейера. Шляпник, сидевший рядом, попытался сдержать приступ смеха под укоризненным взглядом волшебника. Втроем они играли в карты, масти которых постоянно менялись, и нужно было как можно быстрее сложить их в правильном порядке. Шляпник вышел первым, Алиса в напряженной схватке с Дроссельмейером – второй, поэтому мужчина теперь должен был им желание. Посовещавшись со Шляпником, Алиса озвучила желание – спеть куплет из песни, которую Дроссельмейер просто ненавидел. Про доброго майского жука. Вроде, как-то так там поется. – Не надо было играть, - развела руками девушка и подбежала к волшебнику, который недовольно отпирался от загаданного желания.
Не участвующие в игре Мартовский Заяц и Соня с улыбками наблюдали за происходящим. Волшебник, наконец, согласился выполнить обещанное, чтобы от него поскорее отвязались. Шляпник собрал всех в круг вокруг него, собираясь водить хоровод. Именно так веселились повстанцы, проводя время в ожидании Бравного Дня.
Именно так они пытались успокоить себя и надеяться, что все будет хорошо. По крайней мере, Алиса. Ей очень нужна была поддержка, а общение с друзьями придавало ей много сил. Девушка старалась не думать о Бравном Дне, хотя приняла свою судьбу. Она гоняла себя, делая разные поручения Мираны, лишь бы в ее голове не было мыслей о будущем. Бравный День для нее был словно последней страницей в книге, которую очень хотелось вырвать, чтобы не знать продолжения. Алиса должна противостоять Бармаглоту. Бармаглоту! Который в несколько раз больше ее и обладает магией! А у нее не было даже меча, способного уничтожить дракона. Мирана ободряла ее, что, может быть, это получится сделать с помощью хитрости, нужного момента и помощи Белого Рыцаря, но план они пока так и не разработали.

Вдруг прогремели взрывы, и смех сменился молчанием. Алиса переглянулась с Дроссельмейером и последовала к выходу из дома вслед за ним. Держаться вместе стало уже их взаимной привычкой, как чужаков в Стране Чудес.
Снаружи царил хаос. Огонь жадно разносился по всему, что попадалось у него на пути, сжигая дотла за считанные секунды. Сквозь пелену дыма виднелись строи карточных солдат, приближающихся к укрытиям повстанцев.

http://funkyimg.com/i/29fZY.gif

- Бегите, - прокричал Джефферсон, выбегая вперед толпы и акцентрируя внимания на себе. – Мы с первым отрядом задержим их и постараемся увести как можно дальше.
С этими словами он и десяток человек выступили вперед и направились на те улицы, откуда вот-вот должны были появиться противники. Звук вынимающихся из ножен мечей приободрил девушку и она подбежала к Шляпнику, хватаясь за его плечо.
- Тебе нельзя туда, - строго произнес Джефферсон, разворачивая Алису.
- Я могу помочь, - девушка уже пробежала мимо него и успела к началу битвы. Звук ударяющейся стали о сталь закладывал уши, а мощные выпады противников сбивали дыхание. Эта битва была не первой для Алисы, но она никогда не была в такой опасности. Она искала это и хотела испытать себя. Забыться и заставить убить дракона, который принес столько бед Стране Чудес. А для этого нужно не бояться причинить кому-то вред, или того хуже.
Алиса раз за разом отражала удары одного из солдат, присланных Красной Королевой. Ее научили владеть клинком, в лагере она тренировалась без продыха. Краем глаза Алиса заметила, что Шляпник находится поблизости, словно в любой момент мог прийти на помощь. Он волновался за нее, что она может пострадать, и Алиса это ценила.
Дроссельмейер тушил пламя магией, а Мартовский с Соней уводили раненных. Пострадавших было много. Убитых – еще больше. Ярость одолевала девушку и придавала силы. Алиса – Бравный Воин и обязана защищать народ Страны Чудес от тирании Анастасии. Поэтому все солдаты, которые разрушают с каждой секундой эту деревню и убивают мирных жителей, должны получить по заслугам.
В дыме и искрах мелькнула тень. Огромная, похожая на темное облако среди пожара. У Алисы появилась ассоциация с тем днем, когда она увидела вдалеке дракона и испугалась его. И не было сомнений, что сейчас именно он кружит над деревней, выплевывая на нее пламя. Теперь Алиса готова встретить его, только не со страхом в глазах, а с уверенностью в своей победе. Она должна быть уверена в самой себе ради всех, иначе все было бессмысленно.
Девушка сильнее сжала меч в руке и вырвалась из кольца борющихся, следуя за летящей тенью.

+1

4

Люди падали замертво, сбитые огнём, мечом или ударом кулака. Всё настолько смешалось, что разобрать что-либо невозможно, и дым стелился по земле, скрывая происходящее. Острый слух дракона улавливал звон металла. Солдаты вступили в схватку с повстанцами, но последним предписано поражение. Дракон не мог отпустить врагов королевы живыми, а потому, низко пролетая над землёй, ударяет хвостом по горстке людей, неосторожно задевая и карточных солдат. Он не станет их жалеть, они знают, что дракон их никогда особо не ценил, но вынуждены подчиняться ему, а как бы им хотелось иной жизни. Но они смолчат, поднимаясь с земли под пристальным взглядом сверху, и снова вступят в бой. На лету Бармаглот хватает пастью одного из повстанцев, пронзая насквозь зубами, и выплёвывает окровавленное тело перед его друзьями, чтобы видели, что их ждёт, если они не сложат оружие, но те, движимые жаждой мести за товарища, ещё более ожесточённо бросаются в бой.
- Как глупо! Они могли бы продлить себе жизнь, но хотят погибнуть в бою. Достойный выбор воина, - это не было насмешкой над решением повстанцев бороться до конца, скорее уважение, что они предпочли смелость трусости, за которую расправа над ними была бы более жестокой, потому что Томас ненавидел проявление трусости и себе не позволял поддаваться ей.
Дома горели, слышались стоны раненых, и Бармаглот в блаженстве прикрывал глаза, замедляя полёт. Ему это нравилось, ему нравились страдания этих никчёмных людишек, которые переступили закон и дали кров тем, кого следовало убить. Это было их ошибкой, за которую они поплатятся.
На земле было неприятно было находиться. Едкий дым проникал в лёгкие, создавая неприятное ощущение от которого хотелось избавиться, а избавиться только одним способом, вновь оказаться в небе.
Рядом мелькнула тень, и Бармаглот дёргает головой, не собираясь пропускать нападение на него, но воин ещё нападал, находясь на некотором расстоянии, сжимая меч. Воинам была девушка, юная, но воинствующая. Это было странное сочетание. Такой Алису ему ещё не приходилось видеть, а это была именно она. Спустя два месяца предстала перед ним, и на мгновения Томас забывает, что находится посреди пылающей деревни, а вокруг идёт битва.
С того дня, как она ушла, он старался не думать о ней, и когда почти получилось, она вернулась, но вернулась не просто так, а с мечом, собираясь на него…. напасть? Томас бы посмеялся над этим, но находясь в облике дракона, он не может этого сделать. Это был даже не тот меч. – Они там совсем с ума сошли? Убедили Алису присоединиться к ним и даже меч нужный не дали. И она… она же могла отказаться, - последнее было самое неприятное. Когда-то ему пришлось вступить в схватку с повстанцами, которые хотели забрать её и увести в свой лагерь. Он чуть не погиб в тот вечер, и в итоге та битва оказывает бессмысленной, потому что в итоге всё равно проиграл. Она с ними, а теперь стоит напротив него, с оружием в руках, видя в нём врага. И это его Алиса, на которой он хотел жениться.
Кто-то бросает в дракона меч, но тот, ударившись в чешую, оставив неглубокую царапину падает на землю. Это отвлекает Бармаглота от девушки, и он изрыгает пламя в сторону нерадивого воина, который так неумело воспользовался мечом. А после недовольно фыркнув, дракон превращается в человека. Он понимал, что раскрывает себя перед Алисой, но ему важнее увести её отсюда, пока она не пострадала. Да, он поступает против приказа королевы, в котором явно значилось, что он должен убить Бравного воина, но он не может. Он всё ещё любит её, и в глубине души рад увидеть её и хоть на секунды прикоснуться к ней, что и собирался сделать, уведя от деревни подальше, чтобы солдаты её не убили. Но повстанцы не хотели оставить его в покое, и краем глаза он замечает, как на него снова собираются напасть. Не желая быть убитым, он внимает меч, и одним взмахом срубает голову предателю. Жестоко, но иная судьба его не ждала. Окажись он в темницы, выход ему был бы проложен только на плаху, а оттуда в безымянную яму, и голова так же была бы отделена от тела.
Томас рукавом стирает брызнувшую на лицо кровь, но, кажется, только размазывает её, а меч остаётся в руке на случай нового нападения. Ему бы только добраться до Алисы без помех, который вокруг было слишком много, и самыми главными были повстанцы, которые, казалось, запаниковали, когда дракон двинулся в сторону Бравного воина.

+1

5

Алиса следовала за тенью и, наконец, достигла ее. Тень сама спустилась в этот хаос с заполненных дымом небес, словно полюбоваться на свое пылающее творение. Дракон был на противоположном конце площади деревни, в которой происходила битва. Алиса стала прокрадываться к дракону, прячась за различными сооружениями на пути, чтобы не стать легкой мишенью. Бежать к нему напролом было опасно, потому что она могла не достигнуть цели и быть сожженной одним лишь выдохом пламени из его пасти.
Бармаглот ждал. Он заметил Алису, когда она подобралась к нему ближе и была в паре десятков метров. Перед ней предстало настоящее чудовище. Толстая чешуя, при дыхании из-под которой показывалась пылающая кожа. Глаза, следящие за маленькими фигурками, которые пытаются остановить опасность и спасти Мирану и своих друзей. Главное сейчас – вывести Белую Королеву и принять огонь на себя.
Дракон медлил, словно наслаждаясь этим боем. Беспощадные языки пламени терзали все вокруг, погружая деревню в непроглядный дым и жару, словно солнце упало и разбилось именно здесь.
Бесполезно идти против Бармаглота, нужен был план. У Алисы пока не было плана, но обычно он появлялся по ходу развития событий. Мирана всегда приказывала своим воинам держаться вместе и действовать сообща, но не Алисе. На нее она возлагала большие надежды, даже слишком, и прекрасно это понимала. Карточные солдаты боялись имени Бравного Воина, который может одолеть тьму. Возможно, не так, как Бармаглота, но все же.
Мимо Алисы пронесся юноша, держа в руках меч. В его движениях ощущалась ненависть и желание скорее покончить с Бармаглотом. Алиса не знала, что сподвигло его на такое отчаяние. Возможно, потеря кого-то близкого. Алиса прикусила губу, надеясь, что с ее друзьями все в порядке.
- Нет! Назад! – крикнула девушка и выбежала из своего укрытия, чтобы догнать повстанца, но он убежал уже далеко от нее, подобравшись почти вплотную к дракону.
Приказа Белой Королевы ослушались. Молодой повстанец, замахнувшись своим мечом, бросил его в чудовище, в надежде пронзить кожу. Но лезвие оставило на Бармаглоте только едва заметную царапину. Бармаглот резко обернулся к нему и выпустил из пасти пламя, сжигая воина дотла.
Алиса с ужасом в глазах смотрела на пепел, который осыпался на землю в едком дыме, и не могла двинуться с места. Когда видишь чью-то гибель своими глазами, это потрясает тебя до глубины души. Все эмоции перемешались, гнев, обида, сострадание стали едиными, заставив навернуться на глаза слезы. Она поднесла ладонь ко рту, едва сдерживая крик.
http://funkyimg.com/i/29gm2.gif http://funkyimg.com/i/29gm3.gif
Почему это должно происходить? Почему должны гибнуть люди? Ради чего? Потому что так хочет Красная Королева? Для нее идти по головам – единственный вариант? Алиса не в состоянии была найти ответы на эти вопросы.
Она одарила Бармаглота взглядом, полным ненависти, такой, когда хочешь стереть кого-то в порошок. Если дракон делал это просто так, то Алиса – в крайнем случае. Теперь она действительно понимала, что в Бравный День должна победить. Обязана. Повстанцы были правы, говоря, что это чудовище должно быть повержено, как и Анастасия.
Справа прогремел взрыв. Пыль и камни осыпались на стоящих рядом. Алиса увернулась от летевших камней, спрятавшись за телегой, а потом выскользнула из-за нее и быстрым шагом направилась вперед.
«Я должна увести его отсюда. Я сделаю это», - решила девушка, не в силах допустить того, чтобы кто-то погиб от его способностей. Она была уверена, что до Бравного Дня Бармаглот не убьет ее, потому что Анастасия тоже соблюдает пророчество. Дракон только мог поймать, пленить, а в назначенный день легко расправиться с ней. Но она не допустит этого. Больше ничего не допустит.
Алиса осторожно приближается к дракону, намереваясь кинуть в него камень и отбежать в сторону, зовя за собой, как вдруг дым становится еще гуще, скрывая за собой противника, и девушка обнаруживает, что на месте, где только что был дракон, стоит человек.
Девушка сразу вспомнила слова Томаса, который рассказывал ей о драконе. Бармаглот мог становиться человеком, если того пожелает. У Алисы словно от сердца отлегло, потому что с человеком есть возможность сражаться на равных.
Алиса бежит к нему, а рука сильнее сжимает меч в ожидании удара. Бармаглот оборачивается, поняв, что сейчас будет атака, и Алиса видит его лицо. Это был Томас. Он легко сумел отразить ее удар, отталкивая назад. Алиса едва не выронила из рук меч.
- Как я не догадалась раньше… - прошептала Алиса, не в силах отвести взгляда от того, с кем была помолвлена несколько месяцев назад.
«И того, кто только что расправился с несколькими десятками наших воинов и ни в чем неповинных мирян», - додумалось само собой.
- Почему ты это делаешь? – крикнула Алиса, сумев вернуть дар речи.

+1

6

Томас хотел, чтобы Алиса узнала о том, что он – дракон, совсем не так. Если бы она осталась с ним, он бы постепенно готовил её к правде, но правда свалилась на неё слишком внезапно, и стоит ли удивляться ненависти в её глазах, когда она видит перед собой Томаса? На её глазах он убил человека, но он делал это и раньше. Он убивал повстанцев, когда защищал её, но тогда она всё равно считала его храбрым рыцарем и даже вышила его портрет с мечом, который до сих хранился у него, как память о счастливых днях. Вот только спрятана эта память была в ящике стола и не извлекалась оттуда на протяжении нескольких недель, покрываясь пылью.
Повстанцы словно пользовались тем, что дракон превратился в человека, но не учли, что у человека есть магия и оружие, которое всё ещё было на его стороне, а, значит, он всё ещё может убивать и будет это делать, пока не уничтожит всех своих противников. Ещё один молодой парнишка падает, истекая кровью, а Томас поворачивается в сторону Алисы и как раз вовремя, так как она в это время напала с мечом на него. Колдун успевает отразить атаку, но всего лишь отталкивает девушку, не причиняя ей боли. Он хмурится, не понимая, зачем она напала на него, а сердце неприятно сжимается. Он всё ещё её любит...
До него доносится шёпот Алисы, едва уловимый среди шума, окружавшего Томаса и воина-девушку, которая только сейчас узнала, что едва не вышла замуж за дракона.
- Этого не должно было произойти, - качнул головой Томас, сожалея, что всё случилось именно так. Он хочет всё объяснить, подбирает слова, но услышав крик Алиса, распахивает глаза, и смотрит на неё так, будто не понимая, как она может задавать подобный вопрос. Разве она не знает? Что толкает её встать на сторону повстанцев? Просто желание? Он не поверит в это. Во всём виновата магия пророчества, заставлять следовать согласно долгу и сопротивляться этому слишком сложно. Но у них почти получилось.
Они стоят на окраине площади и глупо надеяться, что остались незамеченные. Томас про себя отмечает, что найдётся тот, кто доложит королеве, что он встретил Бравного воина, но не убил. Он отмечал, как иногда, в короткие перерывы между ударами меча, на них бросали обеспокоенные взгляды повстанцы, боясь за свою спасительницу, но никто и никогда их не понял бы, что в этот момент чувствовал дракон, разрываясь между чувством и долгом, но отдавая предпочтение первому, а потому Алисе ничего не угрожало, и, находясь в компании Бармаглота, она в ещё большей безопасности, чем с армией повстанцев. Но никто из приспешник Белой королевы не умеет читать мысли, а потому видят в драконе опасность. Двое отделяются от общей массы, собираясь напасть на Томаса, но он даже не поворачивается в их сторону, неотрывно смотря на Алису. Всего один жест рукой, и пара смельчаков падает на землю со свернутой шеей. Ему не жаль эти две отнятые жизни, ему жал, что всё это видит Алиса. Он хотел уберечь её от жестокости, которую ему приходилось видеть, а зачастую быть её виновником, но здесь он не может вести себя иначе. И единственный шанс поговорить с ней спокойно, это покинуть поле боя.
Багровая дымка окутывает Томаса и Алису, перенося в сторону от сражения. Каким-то чудом уцелевший домик, что даже Томас удивлён, увидев его, не пострадавшим от огня. А рядом густое дерево, разросшееся настолько, что в его густой листве легко можно было спрятаться. Колдун поднимает голову, прислушиваясь, вдруг действительно кто-то залез туда. Ничего не слышит, но видит, что Алиса всё ещё упорно держится за меч и усмехается. Если захочет её убить, оружие её не спасёт, и у неё была возможность убедиться в этом.
- Я не хотел, чтобы ты таким образом узнала правду обо мне, но всё ещё можно вернуть. Пойдём со мной, и всё будет, как прежде, - говорит, а сам в это с трудом верит. И дело было не столько в Алисе, сколько в Красной королеве, до которой если дойдёт слух, что он спас Алису, она захочет получить голову самого дракона. – Этого бы не было, если бы не ушла, - добавляет с горечью. Он всей душой вернуть её, вернуть те безмятежные дни, когда они вместе были счастливы и готовились к свадьбе. Насколько он знал, Маргери до сих пор сохранила платье на случай, если Алиса всё-таки вернётся.

+1

7

Алиса не в состоянии была сражаться дальше. Вместо ужасного чудовища, которое превратило несколько человек в пепел, перед ней стоял Томас. Ее Томас. Который был идеалом в ее глазах. Алиса хотела бы не верить в происходящее и забыть, как дурной сон, но не могла себе этого позволить. Кем бы ни был Бармаглот, он заслуживает того, чтобы ему отрубили голову. Ведь именно этим любит забавляться Красная Королева?
Девушка жадно всматривалась в его лицо, но не узнавала того, кто однажды дал ей ночлег, спас от нападения повстанцев, пусть даже сейчас она находится на их стороне. Кто показал ей самое прекрасное место в Стране Чудес, которое, видимо, создал сам с помощью магии. Он был колдуном. Он был драконом. Бармаглотом, с которым нужно было сразиться в Бравный День.
«Так вот, почему он так терзал меня расспросами, - догадалась Алиса. – Он боялся, что я смогу его убить».
Алиса смотрит на своего предателя и ждет от него хоть какого-то объяснения. Хоть что-то. Но он молчит, наблюдая за ней. Это раздражало, потому что Алисе нужны были эти объяснения, пусть даже глупые и нелогичные, чтобы надежда на светлое будущее не угасла совсем. Томас был для нее героем, было ужасно видеть его беспощадность и жестокость, которая присуща Бармаглоту. Алиса стала свидетельницей того, что не должна была увидеть, все должно было пойти не так…
Девушка переводит взгляд за спину Томаса, обращая внимание на двух воинов, которые были намерены ударить врага со спины. Они думали, что это отличный план, пока Алиса его забалтывает. Но она хотела им помешать, сама не знала зачем. Она сделала шаг вперед, собираясь прокричать приказ – остановиться и отойти, но Томас повернул кисть руки, свернув шеи воинам. Безжизненные тела упали на землю.
Алиса в ужасе отшатнулась от дракона. Томас оказался убийцей. Ему плевать на других, он легко отнимает жизни и с совестью у него все остается в порядке. Томас не был тем, в кого она однажды влюбилась. Он был чудовищем, которое способно только разрушать. И Алиса это чудовище ненавидела. Она должна сразиться с Бармаглотом в Бравный День, кем бы он не оказался. Сейчас она не имеет права его убивать – да и не может без нужного меча, - поэтому должна хотя бы ранить. Должна отомстить за тех, кто погиб от его руки.

http://funkyimg.com/i/29jKa.gif

Алиса с горечью смотрела на тела двух воинов, которые пытались ее защитить. Это она должна защищать их, они верят в нее. Гнев закипел в крови. Наконец-то, это то, что нужно было Алисе. Она сжала меч двумя руками, готовясь к атаке, но прежде, чем успела нанести удар, их с Томасом окутал багровый дым.

Алиса моргнула и с удивлением заметила, что они переместились в безлюдную местность, рядом с уцелевшим от огня домом, за площадью.
«Хотя бы увела его оттуда», - с облегчением подумала девушка. Бармаглот сосредоточился на ней, а не на ком-либо еще. Она не позволит ему отнять еще больше жизней.
Томас стоял рядом с ней, их больше не разделяло личное пространство. Алиса могла пронзить его мечом, но телепортация сбила ее с толку. Он хочет извиниться? Хочет прекратить все это? Алиса наивно думала о позитивном, потому что не знала, как дракон ценит свою сущность.
- Я не хотел, чтобы ты таким образом узнала правду обо мне, но всё ещё можно вернуть. Пойдём со мной, и всё будет, как прежде, - Алиса ошибалась. Сквозь дым и искры она смотрела на Томаса и не могла понять, почему он говорит ей такой бред. Он хоть сам себя слышит и верит в это? - Этого бы не было, если бы не ушла.
Алиса поддается гневу, нахлынувшему волной, и дает мужчине пощечину. Как он может ее винить в том, что совершает ужасные вещи? Он думает, что если бы Алиса осталась, то помогла бы держать дракона в клетке? Но никакая клетка не сдержит то, чем ты являешься.
- Ты действительно такой, как о тебе говорят, – Алиса едва узнавала свой голос. Глаза блестели от пережитого сегодня. – Мы не сможем ничего вернуть, ты все испортил! И не надо сваливать вину на то, что я сбежала. Мне пришлось, и я сожалела об этом. А ты губишь людей, сам того желая!

+1

8

Чего добивался Томас, уводя Алису с поля боя? Что она всё забудет и пойдёт с ним? Наивно было это предполагать, а дракону и вовсе не стоило давать себе надежду, но любовь никуда не делась, а потому не может поступить иначе, кроме как попробовать убедить не совершать глупости. Она не должна так рисковать собой ради глупого пророчество, но она стоит перед ним, сжимая меч, и колдун на секунду представляет у неё в руке меч, за которым так отчаянно охотятся повстанцы.
Яркая картинка появилась в сознании, и Томас тут же её отбрасывает, чуть нахмурившись. Он успел узнать, что Алиса смелая и храбрая девушка, и она не побоится выйти против дракона, даже если будет знать, что обречена на поражение. Её смелости хватит, чтобы противостоять чудовищу и, возможно победить его. Хотя нет, для победы ей понадобиться куда больше, чем клинок и смелость, но глядя на неё, кажется, что не стоит пытаться объяснить этого, и дракон готов локти кусать от того, что не может повлиять на Алису. Он обещал, что дракон никогда ей не навредит, но не сможет защитить её там, на поле боя, когда встанет вопрос о том, чтобы спасти свою жизнь или её. Может ли он пожертвовать собой? Нет, он знает, что не сможет.
Томас не пытался обвинять Алису, но его слова она воспринимает довольно остро, отвесив дракону звонкую пощёчину. Больно и неприятно, а щёку жжёт, но он не реагирует на эту боль. Куда больнее Алиса нанесла удар словами. Понимала ли она это? Наверное, нет, потому что, если бы знала, что в этот момент чувствует Томас, она продолжила бы, чтобы сделать ему ещё больнее, ведь мечом он не позволит навредить ему, а слова – не такое уж плохое оружие, если правильно подобрать и обрушить на того, чьей слабостью стала. Непростительной слабостью, но всё же приятной, как бы он ни пытался этого отрицать.
- Ты ничего не понимаешь, - совсем тихо произносит дракон, выдыхая. Как ей объяснить, что она была его якорем? Что ради неё он мог отказаться от убийств? Она сдерживала дракона, одев на него цепь, крепче той, которой держала его Красная королева, но если королеву он ненавидел, то Алису любил, и не возражал против того, чтобы она держала дракона под контролем. Она даже не подозревает, какой властью обладает над чудовищем, и дразнит его, пытаясь разозлить, а он сдерживается не потому, что этого хочет, - с каким бы удовольствием он спалил бы рядом стоящий дом, - а потому, что боится навредить ей.
– Если бы ты не сбежала, у меня не было бы нужды убивать. И не говори мне, что ты сожалела. Если тебе так нужны были это чёртовы воспоминания, ты могла бы обратиться ко мне.  Как ты думаешь, кто их у тебя забрал? – как бы ни пытался Томас разговаривать более спокойно, у него это не получалось. Он держался изо всех сил, но не смог не повысить голос, грозя вот-вот сорваться. Не стоит Алисе дразнить дракона, но вряд ли она об этом знает.
Колдун приближается, вставая почти вплотную к девушке, и перехватывает рукой меч за остриё, сжимая пальцы, раня себя, но смотрит Алисе в глаза, полных ненависти, но ответить ей тем же он не может. Он хочет, чтобы она прислушалась к нему, точно так же, когда говорил о том, что сражения не для неё. Он просил её пообещать, что она никогда не будет рисковать собой, вступая в битвы, словно предчувствуя, что однажды они встретятся на поле боя.
- Ты обвиняешь меня в том, что я убиваю ради той, кому поклялся в верности, но ты… Зачем тебе меч? Ты тоже собираешься убивать. Так в чём разница между нами? В том, что я родился драконом, а ты всегда останешься человеком? Так и оставайся им, Алиса. Выброси меч и прекрати винить меня во всех бедах Страны Чудес. Я не больше виноват, чем Белая королева.
Томас игнорировал боль в руке, как и кровь, окрашивающую меч в красный цвет. Это всего лишь небольшая рана, которая заживёт, но хватку всё же ослабляет, но продолжает держать клинок, не думая, что Алиса захочет им воспользоваться. Неужели она всё-таки сможет на него замахнуться? Это бесполезно, когда знаешь, что всё равно не сможешь убить.

+1

9

- Ты ничего не понимаешь, - лишь произнес Томас в ответ на дикую ярость Алисы. Девушка своим поведением постепенно выводила дракона из себя, но это лучше, чем его спокойный вид и уверенность в том, что он совершает правильные поступки.
- Если бы ты не сбежала, у меня не было бы нужды убивать. И не говори мне, что ты сожалела. Если тебе так нужны были это чёртовы воспоминания, ты могла бы обратиться ко мне.  Как ты думаешь, кто их у тебя забрал? – колдун приблизился и схватился рукой за лезвие меча, который Алиса сжимала в руке. Кровь хлынула, окрасив клинок, и стекая на руку Алисы. - Ты обвиняешь меня в том, что я убиваю ради той, кому поклялся в верности, но ты… Зачем тебе меч? Ты тоже собираешься убивать. Так в чём разница между нами? В том, что я родился драконом, а ты всегда останешься человеком? Так и оставайся им, Алиса. Выброси меч и прекрати винить меня во всех бедах Страны Чудес. Я не больше виноват, чем Белая королева.
Томас показывал, что не боится Алису и готов вынести любую боль. Как она думала, что может напугать его? Дракону плевать а любое оружие, кроме Вострого Меча.
Мужчина продолжал сжимать лезвие. Алиса хотела, чтобы он раскаялся и отступил, но как наивны были эти желания. Он не слышал ее, не мог понять, что она имеет в виду. А она не понимала его. Они говорили об одних и тех же вещах по-разному и пытались друг друга убедить в своей правильности. Но кому-то нужно было уступить, либо Алисе, которая пережила сегодня гибель своих воинов, которых уничтожил любимый человек, либо Томасу, который выполнял приказ Красной Королевы и напал на один из лагерей повстанцев. Он совершенно не желал застать там Алису и, видимо, хотел скрыть от нее правду.
- Перестань, убери руку, - произнесла девушка. Она не в силах была вынести того, что ее руки окрасятся кровью Томаса в буквальном смысле. Свободной рукой она убрала его ладонь с лезвия и, когда увидела глубокий порез, поморщилась. С сочувствием. Почему она переживает, ведь это была такая игра напоказ? Он не должен был ранить себя, и он хотел, чтобы это увидела Алиса? И все ему простила, глядя на то, как он страдает? – Если бы я не сбежала, то, видимо, давно была бы мертва. И не было бы нужды убивать повстанцев, потому что они проиграли бы битву до ее начала, - Алиса опомнилась и выпустила руку Томаса. – Откуда я могла знать, что ты забрал мои воспоминания? Что ты колдун? Ты лгал мне так же, как и я тебе, - наконец-то, Алиса призналась в этом вслух.
Алиса боялась разорвать эту паутину, но теперь в ней не было никакого смысла. Пророчество прописывало все детали появления Бравного Воина и нужно быть дураком, чтобы не сопоставить их. Томас, как предполагала Алиса, уже давно все понял, поэтому не так сильно удивился этой встрече. Первой встрече Бравного Воина и Бармаглота.
А вот Алиса была потрясена до глубины души. Ей предстояло сделать выбор, который она делать не хотела. И при любом раскладе она бы потеряла то, что любит. Томаса или жизнь.

- Ты тоже человек, Томас, ты сам мне об этом говорил, - дрожащим голосом произнесла Алиса, беря меч другой рукой. Руку в крови она вытерла о рубашку. – Я никого не убиваю, я защищаю жителей. Это большая разница между нами. Анастасия готова стереть в порошок всех, кто стоит у нее на пути, посылая отряды своих солдат идти по головам. Мы не можем этого позволить, - Алиса приписывала себя к повстанцам, словно была равна им.

http://funkyimg.com/i/29mwp.gif

Она хотела защищать, и она будет защищать людей от нападения Красной Королевы. Томас думал, что она не справится с этим и насмехался над ней, уговаривая выбросить меч и избавить себя от этой идеи? Но это лишь закаляло желание бороться с врагом.
- Я не могу. И ты не в силах заставить меня отступить, но… - Алиса сделала паузу. У нее появилась надежда на то, что Томас сумеет искупить перед ней сегодняшние поступки. Хотя бы сегодняшние. – Ты можешь увести отсюда солдат. Я соберу повстанцев, чтобы они покинули эту деревню, и мы разойдемся тихо. Больше не будет никаких жертв. Пожалуйста, - Алиса умоляюще посмотрела на дракона. Это был самый мирный выход из сложившейся ситуации. Она могла спасти своих людей, а он – солдат. Но был и тот вариант, что Томасу было плевать на всех воинов, и Алиса очень боялась, что именно это он и выберет. Продолжать бой. Тогда ей придется сделать то, на что решилась – попытаться ранить Бармаглота.

0

10

Разговор с самого начала не был простым, и чем дальше, тем больше заходили в тупик, из которого выхода не было видно. Даже дракон, привыкший рассчитывать каждый шаг, если нужно, наступать на собственные чувства, но с Алисой так не получалось. Он шёл на поводу у своих чувств, сохраняя Алисе жизнь, убеждая, что она делает неправильный выбор, но она не слушает. Возникло чувство, что разговаривает не с ней, а со стеной, которая скрывала их от солдат, и, к счастью пока никто их не искал. Это было странно. Неужели повстанцы совсем не беспокоятся о Бравном воине? На их месте Томас бы всё перевернул вверх дном, и такое отношение к жизни девушки его откровенно злило. Хорошо, если солдаты перебьют этих недоумков как можно больше.
Алиса просит убрать руку с меча, и он, видя сочувствуя на её лице, мысленно улыбается. Ей неприятно видеть его кровь, а это уже что-то значит, хоть и сделал это не для того, чтобы вызвать жалость.
Он сжимает её пальцы, задевая кольцо и опускает глаза, видя тот самый цветок, который подарил ей, когда делал предложение. Она всё ещё его носит! Это несколько удивило дракона. Почему она это делает, если ненавидит его? Может, всё совсем не так, как кажется?
- Ты всё ещё носишь кольцо, - звучит немного удивлённо, а Томас пристально смотрит на девушку. Алиса выпускает руку, но он словно этого не замечает. – Может быть, я лгал тебе о том, кем я являюсь, но никогда не лгал о своих чувствах к тебе, - он берёт её руку в свою, не позволяя ей выдернуть ладонь, и поднимает на уровень груди, чтобы и Алиса увидела кольцо. – Это знак того, что кем бы я не был, кому бы я не служил, со мной тебе ничего не угрожало. Я не собирался тебя убивать.
В голосе звучит усталость. Томас так отчаянно хотел донести до Алисы, что не желает ей зла, что её недоверие его убивало. Почему она не хочет ему поверить? Это не так сложно, и если она задумается, то без труда проложит мост над пропастью, которую сама же между ними создала.
Он отпускает руку Алисы, но не отходит от неё. При желании она могла бы пронзить его мечом, который держала в руке, но почему-то тянула. Не убила бы, но хотя бы показала, что не стоит дальше пытаться договориться с ней, а она всё откладывает. Свой меч он тоже держит в руке, но не собирается его использовать. Если только для защиты, но не для убийства.
В какой-то момент показалось, что Алиса намеренно затягивает разговор, чтобы он не помог солдат разгромить повстанцев, но на это ему было плевать. До предателей он доберётся позже, а пока главной целью была Алиса. До скрежета костей упрямая девушка, за что иногда хотелось свернуть её тонкую шейку, и она так необдуманно причисляет себя к повстанцам, от чего Томас хмурится. Ему это уже совсем не нравится.
- Ты не одна из них, - перебивает её Томас, но она продолжает, говоря о том, что он не сможет её переубедить, что говорит о том, что она совсем не знает о его возможностях. Может, у него и нет гипноза, как у Абсолема, но есть и другие способы, как заставить сделать то, что нужно, и в том числе подтолкнуть к верному решению. – Алиса, я могу заставить тебя сделать так, как мне нужно, но я не хочу этого. Я хочу, чтобы ты сама приняла верное решение, а не под влиянием магии.
Она смотрит на него с мольбой, и он хочет сделать так, как она просит. Если бы он только мог, он бы хоть сейчас отдал приказ об отступлении, но тогда всё будет ещё хуже, чем Алиса может себе представить. Королева никогда не простит отступления и обрушит свой гнев на повстанцев, а дракона запрёт до Бравного дня, и он не сможет ей помешать убить Алису, если вдруг их пути пересекутся. Нет, пусть лучше сегодня он потеряет часть своих солдат, а Алиса – часть своих, но он будет знать, что в случае чего он всегда может защитить её.
- Ты понимаешь, что ты предлагаешь? Ты хочешь сегодня обойтись меньшими жертвами, чтобы завтра потерять всех? И это случится не потому, что я этого хочу, Алиса, меня, может, и не будет, но это будет кровавая бойня, и случится она из-за одного неверного решения. Королева не простит отступления, и за это поплатятся все.  Так не лучше ли позволить погибнуть кому-то сегодня, чтобы спасти большую часть своих людей?
Он старается говорить убедительно, чтобы Алиса прислушалась, но на самом деле ему нет дела до горстки солдат. Он думает о будущем, о ней, но никаких об их бессмысленных жизнях, которые не более, чем пушечное мясо, которое он без зазрения совести пустит в расход.
Но как бы ему не хотелось и дальше продолжить разговор с Алисой, нужно было возвращаться, пока кто-нибудь их не застал и действительно не пришлось поступить так, как приказала королева. Или того хуже, ей доложат об этом разговоре, и тогда она может заподозрить, что дракон её предал.
- Нам пора заканчивать, - Томас отходит, собираясь покинуть укрытие. – Ты можешь вернуться к своим людям, но подумай хорошо, что ты делаешь. Это не твоя битва, и лучше тебе её закончить как можно скорее. И если захочешь вернуть вторую часть воспоминаний, ты знаешь, где меня искать.
Дракон поворачивается спиной, не веря, что у неё хватит духу нанести удар. В глубине души он радуется, что она всё ещё хранит кольцо, и он верит, что однажды они всё-таки смогут быть вместе.

Отредактировано Thomas Fleming (20 марта, 2016г. 15:47:58)

+1

11

Томаса удивило, что Алиса сохранила его подарок – цветок, сплетенный в кольцо. Тот день был самым лучшим в жизни Алисы, и она хотела сохранить воспоминания об этом, как своего рода напоминание о том, за что она борется. За «долго и счастливо», пусть даже не для нее самой, а для Страны Чудес в целом. Тогда она была счастлива, а сейчас хотела поделиться этим чувством с жителями этого мира, избавив их от чудовища.
Алиса перевела взгляд на свою руку. Это кольцо было для нее своего рода талисманом, который помогал держаться и быть храброй. Какой ее знал Томас. Какой она ему предстала. Она хотела быть воином при нем, поэтому стала воином и для всех жителей Страны Чудес.
Томас сказал, что не лгал о своих чувствах, и сердце Алисы забилось еще быстрее. Она бы очень хотела поверить в это, но то, сколько они сказали друг другу лжи, перебивало доверие. Сегодня оно подорвалось окончательно. «Змеи всегда врут, чтобы выжить», - говорил Алисе Шляпник и нарекал никому не верить. Но ей так хотелось думать, что Томас говорит ей правду.
- Ты меня не слышишь, - Алиса выдохнула и поднесла ладонь к лицу, словно таким жестом можно было собрать все мысли в предложения. – Я не хочу, чтобы эта битва продолжалась. Ни сегодня, ни завтра, ни когда-либо еще.
Томас сделал свой выбор: он остается в деревне и разрушает ее до конца. Что заставляло его так поступать? Природа своей сущности? Боязнь Красной Королевы? Она сильна, но почему ей служит такой могущественный дракон, как Бармаглот? Словно зверь на привязи, выполняет любое поручение. Но долгом Алисы было поймать этого зверя и запереть, но уже в своей клетке. Ведь именно для этого она с повстанцами пробирались в дом Герцогини, чтобы украсть чернила каракатицы. Алиса надеялась использовать их в Бравный День, не имея Вострого Меча, девушка могла остановить дракона этими чернилами, чтобы нанести удар. А Белый Рыцарь бы ей в этом помог.
Мужчина отпускает ее руку и разворачивается. Он собирается уйти, но Алиса не могла этого допустить. Разве он не слышал, что она сказала? Она должна избавить Страну Чудес от зла и заставить зло поплатиться за содеянное. Это то, к чему ее готовили, чему она поверила. И то, что было правильно, как доказал сегодня Бармаглот, спалив ее воинов или свернув им шеи. Безнаказанным Томас не мог остаться, что бы их ни связывало.
- Сейчас я понимаю, что это моя битва, - Алиса упрямо пошла за Томасом, не намереваясь его оставлять. Там, на площади, ее друзья. Ее Шляпник, Мартовский, Дроссельмейер, Соня… Томас вернется туда и погрузит все в пламенный океан. – Почему ты не можешь сделать, как я прошу? Почему ты не можешь никого пощадить?
Но Алису уже не воспринимали, как объект внимания, словно хотели со всем закончить на сегодня, а она лишь путалась под ногами. Она имела столько возможностей ранить Бармаглота, но не могла, предавшись воспоминаниям. Но они были в прошлом, существовало только сейчас. И Алиса должна быть Бравным Воином, чтобы не допустить гибели своих людей.
- Томас! – крикнула она в последней надежде, что он опомнится и вновь станет ее рыцарем, которого она когда-то вышивала на полотне. – Пожалуйста!

http://funkyimg.com/i/29nkh.gif

Слова не хотели быть им достигнуты. Алиса запаниковала и не знала, что ей делать. Ей не нравилось игнорирование и то, что Бармаглот не понимает то, о чем она пыталась ему сказать.
Они вышли из-за дома и оказались на площади. Алиса видела, как Шляпник и Соня бок о бок отражают удары сразу нескольких солдат, как Дроссельмейер выводит из горящих домов жителей, с помощью магии сопротивляясь карточным прислужникам и оберегая невинных людей. И еще с дюжину ее воинов, готовых сражаться за освобождение Страны Чудес до последнего вздоха.

Оставались крайние меры, которые Алиса берегла для Бравного Дня. Девушка достала из кармана пузырек с чернилами каракатицы и выплеснула их на Томаса. Его тело охватило синеватое свечение, показывая, что магия сработала.
Алиса медленно обошла его и заглянула в лицо.
- Мне жаль, что это пришлось сделать, - Алиса действительно сожалела, что им не удалось договориться о мире. Но участие беспощадного дракона в битве она не могла допустить.
Алиса стояла напротив него. В руке был меч и окружающие их замерли на миг, обращая внимание на Бармаглота и Бравного Воина. Это было начало их битвы, кульминация которой должна была произойти в Бравный День.
Девушка чувствовала на себе взгляды. Взгляды всех – друзей, врагов. Они ждали, затаив дыхание. Алису трясло, и она была потрясена, что действительно должна это сделать.
Сжав меч двумя руками, Алиса почувствовала, как по ее щекам бегут горячие слезы. Тяжело дыша, она резким движением пронзила Томаса в бок. Лезвие вышло со спины, а после Алиса выдернула его.
Все произошло слишком быстро. Девушка видела лишь удивление в глазах Томаса. Она ранила его, нашла в себе силы, смогла. И это было самое трудное и невыносимое, что ей приходилось делать.
Позади нее раздались радостные крики. Своим поступком Алиса придала повстанцам уверенность. Их Бравный Воин нанес удар врагу, это не могло не воодушевлять. Но только не Алису, которая видела, как рубашка Томаса окрашивается в красный. Меч выпал из ее рук, глухо ударившись о землю, и она, оцепеневшая, отошла на пару шагов, не в силах поверить своим глазам.

+1

12

Томас делал вид, что не слышит Алису, целенаправленно идя на площадь, чтобы закончить начатое. Он должен это сделать во благо страны, во благо Алисы, чтобы её жизнь была безопаснее, во имя ненавистного долга. Нет, всё это для того, чтобы однажды добраться до автора пророчества, которым одним росчерком пера определил срок жизни не то Алисы, не то его, Бармаглота. И если раньше он готов был пожертвовать девушкой, то теперь он представлял, как однажды раздавит сердце бывшего друга, а пророчество сожжёт в огне, превратив в пепел. И Мирана падёт рядом с ним. Это будет сладкая месть за то, что по их вине дракон оказался на привязи.
Он шёл, не оборачиваясь, игнорируя просьбы Алисы, а она всё кричала ему вслед, призывая остановить кровопролитие. Он не мог, а потому не имело смысла продолжать разговор, пытаться что-то объяснить, пока сама не поймёт, а на это нужно время, нужно увидеть смерть тех, кто ей дорог. И она увидит это сегодня.
Оказавшись на площади, Томас увидел, что битва ещё продолжается. Повстанцы сопротивляются и у них это получается довольно неплохо, а солдатам королевы нужна поддержка в лице дракона. Она окажет её им с неба, погружая остатки уцелевшего в огонь, превращая этот маленький участок в ад, нагружая костлявую с косой работой. Ей придётся сегодня поработать, как и всегда, когда дракон выходит на очередную жатву.
Что-то капнуло на шею, будто пошёл дождь, но от дождя не замираешь на месте и от него не начинаешь светиться, как это случилось с Томасом, который внезапно замер, выронив меч, и оказался не в силах пошевелиться. В том, что произошло, отчётливо чувствовалась магия и довольно знакомая. – Чернила каракатицы, - осеняет его, а глаза распахиваются, когда перед ним появляется Алиса с признанием, что именно вылила их на него.
- Зачем, Алиса? – Томас задаёт немой вопрос, непонимающе смотря на девушку, но уже едва ли способен себя контролировать. Слишком чуткий на проявлении чужой магии дракон уже был в ярости, и метался по своей тюрьме, мечтая её разрушить. Он не верит сожалению девушки, не верит её слезам, и всё, что хочет, это разорвать её на мелкие кусочки, оставив стервятникам.
Томас задыхался от попытки сдержать его, но чернила – не последнее, что надумала Алиса. Остриё клинка легко пронзает плоть, показываясь со спины, и от резкой боли, оказавшейся слишком неожиданной, затихает и дракон. Затихает, чтобы в следующее мгновение дать о себе знать.
- Не тем мечом, - звучит приглушённо, но слова пропитаны яростью.
Яркое пламя вспыхивает в глазах, приобретая красноватый оттенок, напоминая Алисе, что перед ней не человек. Он пытается справиться справится с магией, которая крепко держала его в тисках, и неудача ещё больше злила. Дракон хотел свободы, хотел отомстить за боль, которая растекалась по телу от проклятой раны, за пролитую кровь, что окрашивала землю под ногами. Навсегда стереть слёзы её лица. Умерев, она больше не сможет плакать. Но перед этим она заплатит за каждую каплю крови.
- Это твой выбор? – раздаётся не то рык, не то крик. В это мгновение для Томаса никого не существовало. Мир сузился до одной маленькой фигурки, что стояла рядом с ним. Он не слышал радости повстанцев от того, дракона ранили, не видел их лица. Ярость накрыла с головой, и больше он не помнил о своей любви к девушке, желая причинить ей не меньшую боль, чем она ему. - Хорошо, я принимаю его, но помни, Алиса, ты заплатишь за это, заплатишь кровью своих друзей. Они умрут все до единого, и ты увидишь каждую смерть, и каждый раз повинна в их смерти будешь ты. Запомни это, потому что это твоё будущее, и никто тебя не сможет от него защитить. Это всего лишь вопрос выбора, Алиса, а я тебе говорил, насколько важно сделать правильный выбор.
Сопротивление дракона не остаётся безрезультатно, магия чернил начала ослабевать, и Томас последний раз окатив девушку ненавистью, исчезает, оставляя своих солдат, который, скорее всего, теперь отступят, потому что лишились главной поддержки. Самое неприятное было то, что у повстанцев теперь был повод для радости, и самое главное, они получили вострый меч, которым Алиса обязательно воспользуется при возможности.

Отредактировано Thomas Fleming (20 марта, 2016г. 19:07:07)

+1

13

У Алисы не было Вострого Меча, и Томас об этом знал. Она ранила его, и доказательство этому – кровь на лезвии клинка и дорожки слез на щеках. Все ради мира. Все ради друзей. Все ради спасения жизней. Рана была глубокой и колдуну потребуется немало сил, чтобы восстановиться. Алиса помнила, как он себя чувствовал после нападения повстанцев около поваленного дерева. Тогда он пытался ее защитить, а сейчас угрожал и говорил, что она делала неправильный выбор.
Алиса видела в его глазах огонь. Вот он, истинный дракон. Маски сорваны кровью, и Бармаглот показал свою настоящую сущностью. Алисе было страшно, но она понимала, что поступила правильно. Она спасла всех тех, кого любила, лишившись того, кто однажды подарил ей кольцо, сплетенное из цветка. Того, чьей женой собиралась стать, оставшись в доме посреди леса.
- Это единственный правильный выбор для меня, - так же четко произнесла в ответ девушка, глядя на Томаса. Ей страшно от того, кто обещал оберегать ее. Но она сама проткнула его мечом, поэтому не стоило удивляться такой реакции. Она подорвала свое доверие так же, как и он свое. Гибель ее воинов не была напрасной, потому что она нанесла удар дракону. Это придаст повстанцам и ей уверенность в Бравный День.
Магия чернил каракатицы длится недолго, и Алиса это знала. Ей и остальным нужно было уходить отсюда, поэтому девушка развернулась и направилась к Шляпнику, который уже ждал ее. Вокруг собирались остальные повстанцы, с восхищением наблюдая за Бравным Воином.
- Убирайся отсюда, - не оборачиваясь, приказала Алиса Бармаглоту. Девушка вела себя так, словно пощадила его, нанеся только одну рану, а не целую дюжину. Его меч она подобрала, словно трофей, показывая повстанцам, каков ужасный дракон.

Когда девушка подошла к остальным и обернулась, Бармаглота уже не было на площади. Только огонь и дым, виновником которых он был. Карточные солдаты, которые уцелели, бежали, как трусы, при отсутствии своего командира. Алиса могла выдохнуть с облегчением, что ее план сработал. Бармаглот отступил, и все остались невредимы.

http://funkyimg.com/i/29nJv.gif

Дроссельмейер подбежал к приближающейся Алисе и закружил ее. Тот, кто не любил объятья, сейчас был готов сжать Алису изо всех сил. Все принялись поздравлять друг друга с победой, и Алиса выше подняла меч поверженного Бармаглота.
Алиса сама взглянула на него и поняла, что это именно то оружие, которое она видела в спальне Томаса. Меч с письменами, который привлек ее внимание. Легкое головокружение, как и тогда, но здесь уже к такому гипнозу меча примешались и события этого вечера.
- У нее Вострый Меч! – не веря своим глазам, объявил Шляпник. И все гулом отозвали его реплику. – Вострый Меч! Вострый Меч!
Алиса радовалась вместе со всеми, понимая, что теперь силы в битве равны. И не нужны были никакие чернила каракатицы или Белый Рыцарь. Она справится с отведенной ей ролью. Наверное, справится.
Повстанцы как можно скорее покинули сожженную деревню и отправились в свой основной лагерь, скрытый в лесах. Мирана ждала их, и когда Алиса явилась к ней на доклад с Вострым Мечом, Белая Королева не могла поверить своим глазам.
- Меч был у Бармаглота. Он выронил его из рук, когда я использовала чернила, - пояснила Алиса, склонив голову.
- Благодаря тебе, моя дорогая, победа будет за нами, - мягко отозвалась Мирана, улыбнувшись.
- Он сказал, что у него есть часть моих воспоминаний. Зачем они ему? – Алисе было неудобно спрашивать о таком Белую Королеву, но ей нужно было знать об этом. Вдруг там находилось что-то важное. Любопытство всегда водило Алису за руку над пропастью.
- Скорее всего, они нужны не ему, а Анастасии, - задумалась Мирана. – Но не стоит об этом беспокоиться. Когда мы отвоюем трон, я достану тебе воспоминания. А пока отдохни, тебе нужно набраться сил.
Алиса кивнула, соглашаясь с Белой Королевой. Хотя, на самом деле в ее голове уже продумывался план о том, как незаметно проникнуть в дом Бармаглота и найти свои воспоминания, о которых он упомянул. Ведь не просто так он заговорил об этом. И для этого ей нужно было отыскать Соню, которая однажды побывала в доме и смогла остаться незамеченной. Когда подарила Алисе первый кусочек ее забытого прошлого.

+1

14

- Не делай вид, что тебе не больно, - служанка туго затягивает бинт, исподлобья смотря на Томаса. От такого движения он поморщился, но не издал ни звука.
- Всего лишь царапина, - отмахивает Томас. Что-то это напоминает, но он не пытается напрячь память, чтобы вспомнить. Нет, его мысли занимает куда более важная проблема, которая теперь заключалась всего лишь в одном имени.
- Я не о физической боли, Томас. Я знаю, ты любил её, и ты не можешь так просто отказаться от своих чувств.
- Она же отказалась, - дракон встаёт с постели, подходя к столу и берёт бутылка вина, открывая её и делая глоток. – Я дал ей шанс, она от него отказалась, а затем вылила на меня чернила и попыталась убить, к счастью, безрезультатно. Так чего ты от меня ждёшь? Что я прощу её? Нет, она заплатит. А сейчас сделай милость, принеси ещё вина. Другого хорошего обезболивающего в наше время ещё не придумали, - последние слова больше предназначены для себя, чем для служанки, молча удалившейся, но Томас знает, что она не одобряет его плана. Может, она пойдёт и предупредить Алису? Но Алиса знает, что он будет мстить, или наивно полагает, что её выходка сойдёт ей с рук?
Томас помнил тот день и их разговор слишком хорошо, а её лицо, с которым она пронзила его, он не забудет никогда. Слёзы, слова – всё было обманом, и вряд ли она на самом деле любила его. Но тогда зачем ей нужен был весь этот спектакль? Зачем она говорила, что любит его, дала согласие выйти за него замуж? Это был какой-то план? Он бы не удивился, но слишком странный план, учитывая, что он мог действительно убить её.
Слишком много вопросов роилось в голове, и ни на один из них не было ответа, как бы Томас не старался его найти. Он метался из угла в угол, игнорируя боль в ране, а накануне сорвался и поехал во дворец, словно там мог забыть о боли, разрывавшей душу, но вместо этого пришлось разговаривать с королевой. Кажется, после того разговора он не прочь отправить её на казнь. Она словно пыталась заглянуть ему в душу, узнать все его тайны, но часть узнала, и это был ещё повод для ярости, которая не покидала дракона на протяжении последних двух дней. Её результатом стала разгромленная гостиная, которая по сей день находилась в беспорядке, и служанка руками разводила, не зная, как вернуть её в былой вид. Больше всего ей было жаль фортепиано, которое тоже превратилось в хлам. Это значило, что всё уже не будет так, как прежде. Дракон вечно в дурном настроении, злой и недовольной. Он ничего не хочет слушать, а все его мысли заняты местью и желанием погубить, как можно больше людей, и как бы ей не хотелось этого изменить, она ничего не может сделать. Она не предаст его.
В чём Маргари была права, так это в том, что ему действительно было больно. Злость не давала почувствовать эту боль в полной мере, и он подпитывал её, находя новые причины для гнева, который не боялся выплёскивать.
Томас открыл ящик стола, извлекая оттуда миниатюру, которую ему подарила Алиса. Вспоминает тот момент, и улыбается, но не долго. Портрет вспыхивает, и огонь жадно пожирает его, не оставляя ничего, даже деревянную рамку.
Здесь же лежала записка, которую Алиса оставила ему перед уходом, и он разворачивает её, пробегаюсь глазами по знакомым буквам. 
- Я люблю тебя, - читает он вслух и усмехается. – Ложь, Алиса, ещё одна твоя ложь, которой ты не побоялась меня кормить. Если бы ты меня любила, не предала бы, но ты сделала выбор, и он тебя погубит.
Записка тоже исчезает в огне, а рука тянется к медальону, который когда-то принадлежал Алисе, а теперь был пропитан тёмной магией. Однажды он вернётся к хозяйке и заставит её испачкать руки в крови кого-то из своих друзей. Томас не знал, когда именно это случится, но не сомневался, что приложит все силы, чтобы найти девушку, и она заплатит за всё: за ложь, за рану, за позор. Ему пришлось покинуть поле боя по её вине, а она повела себя так, будто проявила милость, сохранив жизнь дракону, но лучше бы убила.

+1

15

Чем больше проходило дней, тем сильнее становилась одержимость Алисы над словами Бармаглота. Была вероятность, что он попросту наврал ей про остальную часть воспоминаний, которую хранил у себя, и на самом деле это ловушка. Но ведь Алиса изначально попала в нее, когда впервые оказалась в его доме. Соня помогла ей освободиться, вырваться оттуда и показала правду.
Алиса действительно потом собиралась вернуться к Томасу. После сражения, если бы она победила и уцелела, она бы снова отыскала дом посреди леса. И попробовала снова все начать с начала. Повстанцы бы не приняли сторонника Красной Королевы, как бы и сам Томас не желал общества «освободителей». Алиса разрывалась между ними и приняла решение остаться в лагере, а уже после Бравного Дня вернуться к Томасу, надеясь, что он ее простит и поймет.
Надежда. Как глупо Алиса вела себя, наивно веря во всякие невозможные вещи. Но из нее она черпала свои силы и, что не удивительно, сумасшествие. Безумные, безрассудные идеи иногда проникали в ее голову, как, например, бросить все и вернуться к своему плану по розыску Белого Кролика, который мог отправить ее домой. Но, к счастью, подобные мысли быстро выветривались из ее головы, особенно в обществе друзей.
Алиса аккуратно подняла тему своего побега, когда Соня проникла в дом Бармаглота. За стаканом сидра, а потом еще одним, и еще, Алиса выведывала у волшебницы, как у нее получилось обмануть магию дракона, оставшись незамеченной. И все оказалось на удивление просто: Соня сказала, что заварила чай со специальным растением – лунным чертополохом, который обладал интересными свойствами – в полнолуние он мог слить тебя с тенью. Не физически, а магически. Именно с его помощью многие великие чародеи, как сказала Соня, почему-то при этом хихикая, бежали из заточения, обманув магию тех, кто их охранял.
Алиса была уверена, что сможет проникнуть в дом незамеченной, если ее не обнаружит магия. Она помнила о сломанной решетке в подвале, на которую однажды наткнулась и потом забыла рассказать Томасу, увлекшему ее очередным спором.
Это был опасный шаг. Рискованный шаг для нее. Именно сейчас надо было сидеть ниже травы и быть тише воды, отдыхать и набираться сил, как сказала ей Мирана, но Алиса просто не могла усидеть на месте. Что Томас скрывает от нее еще? Она вошла во вкус и хочет раскрыть всю его ложь. Сделать его еще хуже в своих глазах, чтобы иметь повод занести Вострый Меч над его головой в Бравный День, а не поддаться чувствам.
Кое-как Алиса нашла лунный чертополох, неумело скрыв от Дроссельмейера, который ей в этом помог, зачем он нужен. А Соня, наверное, уже и забыла, что рассказала Алисе о своем фокусе с магией, либо просто не придала этому разговору значение. Если бы повстанцы знали, что задумала Алиса, то заперли бы ее в комнате до Бравного Дня в надежде, что подобные идеи больше не полезут ей в сознание.
Но Алиса не догадывалась, что был еще один повод проникнуть в дом Бармаглота – встретиться с ним. После того, как она увидела его на поле битвы, чувства, потихоньку затихающие, вспыхнули вновь. Лесным пожаром, который заключал в себе и страсть, и ненависть. Она должна знать, все ли с ним в порядке и зажила ли рана. Но зачем знать о том, поправился ли он, если в Бравный День все может быть куда более хуже… Стоп, Алиса не будет думать об этом.
Алиса прежде никогда не колдовала. Девушка заварила чай. В ожидании, пока закипит чайник, она выглядела так серьезно, будто пытается в голове произнести сложную скороговорку. Осторожно поместив в чашку нужное растение, девушка подождала пару минут, и выпила содержимое. Вкус был горький, неприятный, и даже сахар не чувствовался.
Луна уже взошла над лагерем повстанцев. Проверить, подействовало ли зелье, не было возможности, поэтому Алиса, не колеблясь, решила рискнуть. Если получилось у Сони, так почему должно быть по-другому у нее? Соня, конечно, волшебница со стажем, но ведь все с чего-то начинали. Но, если честно, успех этой затеи был двадцать к восьмидесяти. И Алиса решила, что двадцать – не такой уж маленький процент.
Алиса взяла с собой меч и еще много разных вещей, чтобы – если вдруг наткнется на Бармаглота – остановить его. Ослепляющие шары, сонный порошок и тому подобные диковины, взятые из тайника Дроссельмейера. Алиса отправлялась на задание, и ей нужно было все, что могло пригодится.
Девушка покинула лагерь повстанцев. Ближе к первому часу ночи она нашла ту тропу, с которой свернула в первый день появления в Стране Чудес, и пошла через заросли деревьев. Двигаясь в том направлении, в котором указывала ей память, Алиса быстро нашла убежище Томаса. Темный дом, погруженный во мрак, как и лес, окружающий его. Алиса не таким запомнила его. В ее последний день нахождения здесь это место стало счастливым и понемногу начало наполняться светом, который давно уже его не посещал. А сейчас всем завладели тишина и тьма.
Алиса несколько минут наблюдала за тем, во что сейчас превратилось это место, и, набравшись духу, последовала к дому. Когда она подошла ближе к южной стороне дома, то увидела сломанную решетку. Томас не починил ее, чему была рада девушка. Алиса осторожно просунулась через нее и оказалась внутри.
На некоторое время уши заложило, потому что Алиса перешагнула сквозь магический барьер. Стало жарко, а потом холодно. Магия проникала сквозь нее, пытаясь понять, что за незваная гостья зашла на охраняемую территорию. Алиса зажмурилась в надежде, что незримый сторож примет ее за свою.
«И главное, - вспомнила Алиса слова Сони, - не думай о том, что ты чужая. Магия вычислит тебя, если поймет, что тебя не должно быть в этом месте».
«Я должна быть здесь. Я должна быть здесь», - повторяла про себя Алиса, пытаясь себя в этом убедить. Она представляла, что было бы, если бы она не сбежала отсюда. Вспоминала комнаты, коридоры, служанку Маргери и Томаса, который лежал на кушетке и отказывался принимать Алису должным образом.
Последний образ магии не совсем понравился, но Алиса быстро нашла, что вспомнить. Изо рта шел пар, температура в подвале понизилась сразу на несколько градусов, грозя заморозить незваную гостью.
В следующем воспоминании Алиса сидела, прислонившись спиной к кровати Томаса, и вышивала его на полотне. Она чувствовала себя настолько уютно, что магия приняла этот факт за действительность и отпустила девушку, рассеяв вокруг тьму.

http://funkyimg.com/i/29q5J.gif

Тяжело дыша, Алиса не забывала думать о нужных вещах, пока вынимала из сумки свечу и поджигала ее. Подвальные коридоры оказались целым лабиринтом, и девушке потребовалось немало усилий, чтобы выйти из этого места и оказаться на кухне. Дом был настолько мрачен, что Алиса едва узнавала его. Прошлое, казавшееся ей светлым и радостным, сложно было сопоставить с реальностью. Или таков был дом на самом деле, и Алиса просто этого не замечала?

Девушке было очень страшно, но страх – это суперспособность, которая делает нас сильнее, проявляя все чувства разом. Алиса слышала каждый шорох, то и дело оборачиваясь. И чем больше она комнат исследовала, тем сильнее становилась паранойя. Узелков не было нигде, Алиса не могла найти то, за чем пришла, из-за чего ей нужно было так рисковать. Но оставалось еще несколько комнат на втором этаже. Девушка тихо поднялась по лестнице, но как только оказалась в коридоре, потушила свечу. Слишком опасно, ее могут  заметить, а огонек лишь привлечет внимание.
Интуиция не подвела девушку. Со стороны кухни показалась Маргери, которая подошла к лестнице и стала подниматься по ней. Алиса в панике забежала в первую попавшуюся комнату и тихо закрыла за собой дверь.

+1

16

Вино исчезало из бутылки очень быстро. Каждое воспоминание, каждый случайно всплывший в памяти эпизод с Алисой увеличивал желание выпить как можно больше, пока совсем ничего не перестанет чувствовать, но, казалось, что становится ещё хуже, потому что поток не прекращался, причиняя страдания, и остановился в тот момент, когда Алиса воспользовалась мечом, чтобы остановить дракона. Это моментально вызывает вспышку гнева, и в зеркало летит уже к тому времени пустая бутылка, и град осколков сыплется на пол, а Томас бросает нетерпеливые взгляды на дверь, где должна уже давно появится служанка с ещё одной бутылкой вина. Но её всё не было, и колдун покидает спальню, оказываясь в коридоре как раз в тот момент, когда Маргери оказалась на лестнице.
- Маргери, где тебя носит? – недовольство хозяин дома и не подумал скрывать, и хмуро смотрел на женщину, которая и так поднималась настолько быстро, насколько позволяли её возможности.
– Что ты хочешь от старухи? И я давно говорила, что нужно починить замок в погребе, или в следующий раз за вином пойдёшь сам. У меня уже не хватает сил его открывать, - ворчала женщина, преодолевая последние ступеньки и отдавая Томасу бутылку. От быстрой ходьбы она тяжело дышала и теперь стояла, облокотившись на перилла, переводя дыхание.
На её заявление колдун скривился.
- Давай я научу тебя магии, и ты сама все сделаешь.
- Магия берет слишком большую плату, - женщину едва не передёрнуло от самой мысли, что делает магия с людьми и как сильно извращает сознание. И вздрогнула, услышав хлопок, когда Томас открыл бутылку.
- Но оно того стоит, -  улыбнулся дракон, извиняясь. 
- Нет, и когда-нибудь ты это поймешь, - хмуро выдала Маргери, недовольная, что её напугали.
- Ты не перестаешь в меня верить, - усмехается Томас. - Ты случайно не моя матушка? Она тоже верила, что однажды я стану героем.
- Еще не все потеряно. Ты можешь направить свои силы во благо.
- Как только убью Мирану, сразу сделаю что-нибудь хорошее, - колдун делает глоток, морщась, чувствуя неприятно приторно-сладкий привкус. Кажется, это совсем не то, что он хотел, и вкус слишком отравительный, чтобы это можно было пить. Однако, от избавления от бутылки сдерживало то, что внутри всё же находится алкоголь, а всё остальное теряло перед этим смысл.
- Месть до добра тебя не доведёт. Красная королева держит тебя на поводке, Алису ты потерял, и мне становится страшно от того, что будет дальше.
Томас ничего не ответил, опуская задумчивый взгляд на медальон, словно там была подсказка, что делать дальше, но кроме маленького, едва различимого рисунка, чем-то напоминающего кролика, там ничего не было.
- Ты не права. Отомстив, я обрету покой, - задумчиво протянул Томас, сворачивая к одной из комнат.
- Покой ли? – вздохнула Маргери, с грустью смотря на хозяина дома, который скрылся за дверью, прерывая разговор.
Комната была обставлена скудно, и скорее была для Томаса кабинетом, где стоял стол, пара стеллажей с книгами и огромный цветок у двери, который колдун всё собирался выбросить, но по разным причинам откладывал, а последний раз и вовсе Маргери заявила, что в жизни хозяина должно быть больше красоты, а не сплошь серые тона, которые одним своим видов вводили в тоску. Томас не собирался её слушать, но цветок пока стоял, не тронутый, а сейчас мимо него прошли, не замечая.
Колдун подошёл к стеллажам, ища что-то, что хоть немного поможет разобраться со сложившейся ситуацией. Несмотря на то, что уже порядком был пьян, его тянуло что-то делать, а не сидеть бездумно, терзая себя несбывшимися мечтами, отнятыми Алисой, а до этого Абсолемом. Томас жаждал мести и любыми путями собирался её достичь, а потому категорически был не согласен с тем, что месть не принесёт ему покоя, а магия, какую бы плату не потребовала, он готов заплатить. Считая, что терять ему нечего, он готов был пойти на риск, а потому сейчас стоял у книг, к которым в другой бы ситуации никогда бы не прикоснулся, но это уже второй раз, когда он хочет затронуть силы, которые позволят ему поиграть с чужим сознанием.

Отредактировано Thomas Fleming (22 марта, 2016г. 23:24:24)

0

17

       Каждый охотник желает знать место, куда ему стрелять.
                                   Долго выслеживая цель, сам попадает на прицел.

Алиса не слышала ничего, кроме биения собственного сердца. Время словно остановилось, собираясь открыть дверь в эту комнату и застать девушку врасплох. Чертовы узелки! Где Томас хранит эти чертовы узелки! Почему Алиса решила, что они в доме? Только ориентируясь на его слова, что если она захочет получить остальные воспоминания – ей следует к нему прийти? Так вот она, здесь, и напрасно?
Девушка стояла в тени у штор и ждала, что будет дальше. Почему они не спят? Глубокая ночь, Алиса надеялась, что никто не помешает ей свободно ходить по коридорам и исследовать комнаты. План «Б» в этой ситуации не предусматривался.
За дверью начался спор. Тяжело дыша, Алиса попыталась разобрать слова, но не успела, потому что дверь в комнату распахнулась и вошел Томас. Без рубашки, с перевязанным торсом. Алиса затаила дыхание, попытавшись полностью превратиться в тень. Сердце бешено колотилось от страха, а желание убраться из этого место возрастало с каждой секундой. Наплевать на узелки, какая ей будет разница, если дракон ее поймает? В прошлой раз, когда они виделись, Алиса ранила его мечом, проткнув насквозь. Такое не забывается, за таким следуют последствия. И верится, что Томас не упустит шанса их показать.
Мужчина вошел в комнату и прошел к стеллажам с книгами у стены. Алиса проследила взглядом за его передвижениями. Запах алкоголя витал в комнате, Томас был пьян, и ему неизвестно зачем понадобились какие-то книги. Совсем похоже на него, потому что Алисе он как всегда был непонятен. Но девушка не хотела знать, что он собирается делать. В любом другом случае – да, но не сейчас, находясь в этом доме незаконно.
Алиса закрыла глаза, сосредоточившись на своих мыслях. Действие магии, что она выпила с чаем, колебалось, и нужно было привести его в норму. Алиса думала, что чувствует себя комфортно в этом доме, как будто здесь ей самое место. Девушка медленно начала передвигаться к двери, делая это как можно тише и рассчитывая каждое движение.
Алиса пыталась следить за действиями Томаса, но чем больше смотрела на него, тем сильнее ей становилось больно. Эти повязки так и кричали о ее предательстве в этой южной деревне. Но ведь как она могла поступить иначе? Как бы она не любила его, он был Бармаглотом. Тем, про кого ей рассказывали и с кем заставляли сражаться в Бравный День. Тогда он угрожал ее друзьям-повстанцам, которые сражались с ней на поле боя, и она не могла допустить, чтобы кто-то пострадал. Это предательство было крайней мерой, потому что Томас не хотел ее слушать.
Алисе казалось, что мужчина вот-вот обернется и увидит ее, застанет врасплох. И тогда… Как глупо было надеяться, что боевые безделушки волшебников помогут ей покинуть дом в случае обнаружения. Алиса даже не успеет спуститься по лестнице, когда Томас догонит ее. Глупая, отчаянная идея! Любопытство не давало Алисе думать логично, из-за чего она сейчас оказалась в опасности.
Томас сделал пару шагов к другому концу книжного шкафа, что заставило Алису в панике заметаться на одном месте. Девушка едва ли не врезалась в кресло, сумев вовремя удержать равновесие и не упасть.
Кажется, Томас действительно не замечал ее. Уже с большей уверенностью в собственных силах Алиса с облегчением выдохнула, что едва не попалась, и последовала дальше. Дверь была уже почти близко, Алиса засмотрелась на Томаса и на то, что он так увлеченно что-то искал, что не заметила цветок, стоящий около двери, и налетела на него, опрокинув. Горшок с цветком упал на бок, рассыпав землю, длинный стебель с хрустом сломался.

Сердце Алисы ушло в пятки, когда дракон обернулся. Их взгляды встретились. Что он сейчас испытывал? Смятение, что она оказалась в его доме? Или не верил в происходящее, думая, что она – галлюцинация, вызванная употреблением большого количества вина?
Время растягивало свои секунды, превращая их в часы. Алиса медленно подняла левую руку и сделала несколько движений, попытавшись схватиться за ручку, при этом не отрывая взгляда от Томаса. Но ладонь хватала лишь воздух.
- Вот черт, - выдохнула девушка.
И в следующий миг время побежало, словно бешеное. Алиса развернулась и кинулась к двери.

http://funkyimg.com/i/29ADn.gif

+1

18

Томас сам толком не понимал, что именно ищет. Перебирал книги, в которых могло что-то говориться об изменении сознания с помощью магии и, вспоминая Абсолема с его гипнозом, в глубине души завидовал ему. Всё просто, и не нужны никакие заколдованные безделушки, действие которых недолговечно. Как только магия рассеивается, всё снова встаёт на свои места, а дракону нужно было что-то надёжное, долгое, что, возможно, навсегда заставит одну упрямую особу последовать за ним и делать то, что он скажет. Он не станет просить многого, всего лишь убить несколько человек, но это на самом деле не так страшно. Она справится, раз уверена, что сможет одолеть дракона.
Томас постепенно опустошает бутылку, спрятав медальон в кармане, и босиком переступая по холодному полу. Здесь не было ковров: голый пол, голые стены, на окнах плотные шторы, как и везде. Томас иногда думал, что за ними хорошо прятаться. Эти мысли и привели его к тому, что он защитил свой дом магией, надеясь избежать проникновения. Знал бы он, кто прячется в этот момент в этой комнате, он бы так упорно не искал нужную книгу, а думал над тем, как наказать девушку, из-за которой он не может в полной мере работать рукой.
Дракон потянулся за книгой, расположенной высоко, но тут же выругался, опустив руку, накрыв ладонью рану. Больно, всё ещё больно, а завтра надо уже вступать в бой с повстанцами. Ещё одна деревня ждёт своего часа, а он даже не сможет орудовать мечом, не говоря уже о том, чтобы вести за собой солдат.
Томас опрокидывает бутылку, допивая остатки, и отбрасывает её в сторону, не обращая внимания на звон разбивающегося стекло. Маргери снова будет ворчать, что он разбивает бутылки, оставляя по дому груды разбитого стекла. Впрочем, нет, она будет молчать и покорно соберёт осколки, думая о другом, что её беспокоит гораздо сильнее разбитых бутылок.
Поиски продолжаются, и Томас переходит к новому стеллажу, но всё не то. Здесь нет того, что он ищет. Слишком слабые, но потому и стоят здесь, без какой-либо защиты, и колдун с досады готов спалить оба стеллажа за ненадобностью. Возможно, он бы так и сделал, но в этот момент раздался грохот. Томас отрывается от книги, которую как раз собирался взять, и поворачивается на шум, собираясь отчитать Маргери за неосторожность, да и в целом за то, что она помешала ему. Но около двери стояла не служанка, а Алиса, и увидев её, Томас замирает, словно боясь спугнуть птичку неосторожным движением. В первые секунды ему кажется, что это мираж, и он смотрит, пытаясь разобраться, действительно ли перед ни Алиса или ему всё кажется. Но она не может быть здесь, она не сможет попасть в дом, минуя входную дверь. 
Но что-то подсказывает, что это не мираж, а в следующую секунду Алиса срывается с места, вылетая из кабинета. Не раздумывая, Томас бежит следом, намереваясь остановить её, но, когда оказывается у двери, Алиса уже на лестнице. Не сложно затеряться в череде коридоров, напоминающих лабиринт, где даже хозяин дома не всегда свободно ориентируется. И коридоры ведут в комнаты, некоторые из которых открыты, и Алиса сможет в них спрятаться, если успеет сбежать от дракона.
- Алиса, стой! – приказывает он, но, кажется, его не слышат. Томас останавливается у лестницы, наблюдая за тем, как девушка быстро перебирает ножками, пытаясь убежать. В другой ситуации, он продолжил бы бег и остановил бы её, не применяя магии, но по её вине он задыхается, чувствуя адскую боль, которая после короткой пробежки напоминала о ране. Томас перемещается вниз и навстречу Алисе отправляет слабое заклятье. Впрочем, Алисе оно может таким не показаться. Оно больше напоминала хороший удар, после которого теряешь сознание, но Томас в этот момент не чувствовал ни жалости, ни сожаления за то, что делает. Он равнодушно смотрел на упавшую к его ногам девушку, всё не веря, что это действительно она. Это не может быть реальностью, это сон или галлюцинация. Но нет, это всё-таки реальность, где Алиса проникла в дом Бармаглота. И зачем такие сложности, когда можно было просто постучаться, и он бы впустил? Он всегда рад её видеть, и ей бы стоило это понять, а не тайком прокрадываться в дом. Зачем, Алиса? Томас обязательно спросит, но это будет позже.
Колдун нагнулся за мечом, осматривая его со всех сторон, а убедившись, что это не вострый меч, закатил глаза, воскликнув:
- Да ты издеваешься! Нравится делать во мне дырки?
Томас опустил голову, смотря на Алису, будто ждал от неё ответа, но она даст его, когда очнётся, а пока дракон приставляет к её шее меч, словно прицеливаясь.
- Томас, ты что делаешь? – Маргери с ужасом в глазах, спешно спускалась вниз, убирая остриё от Алисы и проверяя её пульс. 
- Да жива она. Возьми лучше это, - Томас сунул в руки служанки меч, -  и принеси ещё вина. И не спорь. Принесёшь и иди спать, с Алисой я разберусь сам, - и взмахом руки перемещается вместе с Алисой в ту самую комнату, где она жила, пока была гостьей и откуда сбежала перед свадьбой. Аккуратно уложил её на кровати, присаживаясь рядом, заботливо укрывая одеялом.
- Зря ты вернулась. Ты должна была оставаться с друзьями до Бравного дня, но ты, как и всегда, никого не слушаешь. Уверен, они не знают, что ты здесь, иначе бы не отпустили тебя. Я бы на их месте тоже не отпустил.
Томас разговаривал со спящей Алисой, продолжая говорить всё, что придёт в голову, но больше о чувствах, неправильном выборе, который разрушил их счастье, и чем больше смотрел на неё, тем больше понимал, что соскучился. Он скучал по ней, несмотря ни на что, и, кажется, готов простить. Если бы только она нашла в себе силы принять дракона и простить ему всё то, что он сделал и ещё сделает.
Появляется Маргери, и Томас, уходя, целует Алису на прощанье, понимая, что, когда очнётся, она не подпустит его к себе, и оставляет одну, запирая за собой дверь.

Отредактировано Thomas Fleming (27 марта, 2016г. 00:16:12)

+1

19

- Алиса, стой! – Алиса не могла остановиться, стараясь бежать настолько быстро, насколько могла. Сейчас она была Белым Кроликом, за которым сама однажды гналась, и старалась скрыться от Бармаглота. Хотя бы попытаться, а не стоять на месте и сдаться. Она не могла себе этого позволить.
Девушка вылетела в коридор и направилась к лестнице. Оглянувшись, она увидела, как Томас следует за ней. Это стоило ему немалых усилий и терпения, потому что рана еще не до конца зажила.
И это давало надежду на спасение, что Алиса успеет выбежать из дома и скрыться в лесу.
Девушка спускалась по лестнице, дверь была уже видна, находясь в нескольких метрах, когда Томас оказывается перед ней. Алиса на скорости останавливается, взмахнув руками. Черт, Алиса, он колдун! Если с помощью физических сил он не сможет тебя догнать, то сделает это с помощью магии!
Мужчина поднимает руку и следующее, что увидела Алиса – это яркую вспышку. Алиса без сознания упала на бок, выронив все свои защитные припасы, с помощью которых думала обдурить дракона.
Ей снилась райская поляна посреди леса, которую беспощадно сжигал дракон, погружая все в пламенный хаос.
       Каждый охотник желает знать время, когда пора бежать.
                   Сердце закрыто на сто замков, чтобы не пробралась любовь.

Алиса проснулась от яркого света, лучи которого падали на ее лицо. Девушка повернулась на бок, пытаясь от него спрятаться и продолжить смотреть свой ночной кошмар, который напоминал ей о предстоящей битве. Но когда она только удобно улеглась и стала думать, как остановить дракона во сне, она с ужасом вспомнила события минувшей ночи. Нет, ей это не приснилось. Как она пробралась в дом, ходила по нему в поисках узелков, наткнулась на Томаса и… Что произошло потом?

http://funkyimg.com/i/29C6L.gif

«Он вырубил меня магией», - девушка открыла глаза и села на кровати. Она была в своей комнате – гостевой комнате, которую определил ей хозяин дома еще давно. Здесь практически ничего не изменилось и осталось таким, каким Алиса помнила. Наверное, самая светлая комната в этом забытом всеми доме, и теперь она оказалась Алисе клеткой. Все яркие цвета стали девушке чужды, словно клетку накрывали красивым платком, чтобы птице не было так грустно.
Голова кружилась, и не только от удара, но еще и от того, что действие магического чая закончилось. Алиса помнила, как на следующий день Соня отсыпалась в кровати, когда привела ее в лагерь повстанцев, но себе она не могла такого позволить. Она не хотела проводить здесь ни секунды, поэтому вскочила с кровати и побежала к двери.
Заперто.
Алиса метнулась к окну, но и оно оказалось закрыто. Можно было разбить его и спрыгнуть, вот только было высоко. Но это лучше, чем оставаться здесь и не делать ничего.
Взяв стул за спинку, Алиса что было сил кинула его в окно. Стекло разбилось, осыпав комнату дождем. Снизу через пару секунд послышался треск – стул при падении развалился на мелкие части.
Девушка выглянула в окно и нервно сглотнула. Так, она аккуратно зацепится руками за подоконник, потом встанет ногами на выпирающую раму следующего окна снизу и, если у нее получится, то сумеет спуститься таким более-менее безопасным образом. Но нужно действовать быстрее, этот шум, скорее всего, не остался незамеченным.
Но только Алиса забралась на подоконник и хотела свесить ноги, как уперлась в стену. Магическую стену, служившую барьером ее клетки. Девушка зарычала от беспомощности.
Магия, почему в этом доме везде магия! Почему у нее не получается все сделать просто и постоянно что-то останавливает, портя ей все планы!
Ей хотелось убраться отсюда. Хотелось вернуться в лагерь, где безопасно. Она поняла, что все это было ловушкой – слова Томаса про ее воспоминания. У него ничего не было из ее первого путешествия в Страну Чудес, и закинул он эту удочку лишь потому, что знал: Алиса сбежала от него с Соней, чтобы вернуть вырванный кусочек памяти, так и к нему может прийти за этим же. Вернуться назад с той же причиной, по которой покинула этот дом. Но оно того не стоило, теперь Алиса это понимала.
Девушка слезла с подоконника и подбежала к двери, дико забарабанив в нее кулаками. Томас ее обманул, как он посмел обманом заманить ее сюда.
- Выпусти меня отсюда! Выпусти меня! Томас! – кричала Алиса. Он придет, и тогда уже они будут говорить по-другому. Не как в южной деревне, когда все находились в опасности. Хотя, сейчас была обратная ситуация: если тогда Томас пощадил Алису, предложив уйти с поля боя только ей, то сейчас угроза нависла именно над ней. И то, что она ранила дракона, только усугубит ситуацию. Но пусть знает, что Алиса, в конце концов, проснулась и готова к разговору. Пусть даже и пытаясь сбежать сейчас и у нее не получилось. Вынужденно осталась и вынужденно намерена с ним разговаривать.

+1

20

Оставив Алису, Томас прошёл в свою комнату, где Маргери уже успела навести порядок, собрав стекло. Теперь здесь не хватало зеркало, но хозяин дома думал не о том. Алиса вернулась. Неизвестно зачем и как она пробралась в дом, но она вернулась, и от этого сердце радостно билось, и Томас не мог сдержать улыбки. К счастью, его никто не видел. Служанка, как он и просил, ушла отдыхать, а Томас, счастливый, падает на кровать, раскинув руки, но тут же морщится от боли. Чёртова рана снова дала о себе знать, но сейчас даже она не расстраивала, как и расплескавшееся вино, оставив на кровати мокрое пятно.
Как бы ни пытался убедить, что он злится на Алису, хочет отомстить, но не мог забыть о том, что любит её и готов простить. Он не злился и думал о том, что, когда она очнётся, он попробует убедить её снова вернуться к нему. Она должна согласиться!
С этими мыслями Томас и заснул, погружаясь в крепкий и глубокий сон, а когда проснулся, в неплотно закрытые шторы пробивалась полоска солнечного света. Бутылка с остатками вина обнаружилась на полу, а Томас едва ли мог вспомнить, что происходило накануне.
Колдун осторожно поднимается, садясь на постели. В голове шумит от количество выпитого, но это не мешает подорваться с места, ведомый неприятным предчувствием, бросаясь к ящику стола, выдвигая его и обнаруживая, что там пусто. 
- Дьявол! – выругался Томас, со всей силы ударяя по столу кулаком. По ладони растеклась пульсирующая боль, но дракон, не обращая на неё внимания, проводит по дну ящика, словно желая убедиться, что всё-таки там не пусто. Но там ничего не было, а воспоминания о минувшей ночи постепенно возвращались. Он вспомнил, как сжёг подарок Алисы, записку и как заколдовал её медальон, собираясь с помощью него заставить Алису убить Белую королеву. Он хотел её искать, но она пришла к нему сама.
Томас достаёт медальон из кармана, накручивая цепочку на палец. – Смерть Мираны могла бы многое изменить. План не так уж плох, а Алиса тогда точно будет избавлена от Бравного дня.
От мыслей отвлекает стук в дверь, а когда оборачивается видит Маргери. Отдохнувшая, но немного встревоженная, и тут же хмурится, осматривая повязку. Томас тоже опускает взгляд, замечая пятна.
Избежать перевязки Маргери не даёт, взяв на себя роль строгого доктора, который заботится о своём единственном пациенте, коим являлся дракон.
- Долго собираешься её мучить? – между делом спросила служанка, намекая на Алису, запертую в одной из комнат.
- Я не собираюсь её мучить. Я всего лишь хочу поговорить с ней.
- Тогда оденься и спрячь бинты. Не напоминай ей о том, что ей пришлось увидеть.
Маргери и правда проявляла заботу и давала советы, как лучше, но, закончив с перевязкой, Томас выпроводил её, думая, что справится сам, но как только попытался накинуть что-то поверх бинтов, тут же отказался от этой идеи. Руку поднимать больно, а от того даже одеться самостоятельно становиться невозможно. Алисе придётся увидеть последствия своей работы, и как бы было от этого неприятно, лучше сразу встретиться со всеми своими внутренними демонами и решить, сможет ли она остаться с драконом или теперь навсегда его возненавидит.
Томас выходит в коридор, подходя к двери, за которой находилась Алиса. Поступил с ней не так, как она не заслуживала, и она будет злиться на него, когда проснётся. Ему хочется войти, побыть с ней рядом, пока она не обрушилась на него с обвинения, но он не решительно замирает у двери, положив ладонь на ручку. Вдруг она уже не спит?  И словно в подтверждении его догадки, за дверью слышится шум. Она что-то разбила, но Томас ждёт, что будет дальше. Она не сможет выбраться через окно, магия её не пропустит, хотя в этом уже уверенности не было. Она же проникла как-то в дом, пройдя через барьер, значит, должна была подумать и о том, как выйти.
Услышав настойчивой стук, Томас убрал руку от двери, но не двинулся с места, задумываясь о том, настолько ли слаба Алиса, как кажется. – Ещё немного и дверь выломает, - посещает его мысль, но он не выдаёт своё присутствие, слушая, как Алиса просит её выпустить.
Минута, другая, а колдун мысленно посмеивается. Он мог так мучить девушку ещё долго, но жалость к ней и любовь берут верх, когда он резко распахивает дверь, лишь чудом успев поймать руку Алисы, которая как раз была занесена для очередного удара.
- Тиши, милая, тише, - улыбается, но руку не выпускает. – Это твоя комната, у тебя нет повода переживать.
Томас закрывает за собой дверь и поворачивает ключ, но всё не сводит глаз с Алисы. Короткий щелчок свидетельствует, что выхода нет, и девушка снова пленница, но теперь уже не одна. А Томасу словно этого мало, и в порыве обнимает Алису, прижимая к себе.
-  Я рад, что ты вернулась, - звучит искренне, и дракон губами касается виска девушки, вдыхая запах полевых цветов, которыми успела пропахнуть Алиса. Нежный, под стать ей, и ни одной мысли о том, что это может быть как-то связана с повстанцами. Даже после всего случившегося, он не может считать её одной из них.

Отредактировано Thomas Fleming (27 марта, 2016г. 17:16:04)

+1

21

Алисе долго пришлось барабанить в дверь и кричать, чтобы ее, наконец, услышали. Перебив ее тираду, Томас открыл дверь и поймал руку Алисы, занесенную для очередного удара. Встретиться с ним снова было диким испытанием для нее. Ей было неловко, ей было стыдно, но одновременно с этим она испытывала гнев, разочарование и… надежду?

http://funkyimg.com/i/29CAw.gif

О, да, она никогда ее не покидала, хоть Алиса и остальные пытались выгнать мысли из ее головы. Томас мог стать героем, уйти от Красной Королевы и быть счастливым. Счастливым с Алисой. Если, конечно, не предпочтет ей жажду крови.
Увидев Томаса, девушка сразу замолчала. И это было не потому, что он попросил вести себя тише, а потому что она не знала, что сказать ему. Легко кричать в пустой комнате, когда в ней не было твоего собеседника и ты не видела его.

Томас прижал ее к себе, и Алиса не в силах была сопротивляться этому. Все было так, словно она вернулась на несколько недель назад. Алиса таяла в его объятьях и не нужны были слова, чтобы понять, как она любит его. И в этот самый момент не существовало ничего, кроме этой комнаты – ее комнаты – и любимого человека рядом. Алиса чувствовала, как его губы касаются ее виска, и закрыла глаза. Он рад, что девушка вернулась.
Алиса была счастлива, но улыбка исчезла с ее лица, когда ее руки нащупали бинты. Много бинтов, перевязанных на торсе Томаса. Алиса открыла глаза и отстранилась. Это было ее наказание, которое она вынесла мужчине за то, что он не хотел ее слушать. И клетка, которая начинала исчезать, снова появилась вокруг Алисы.
Что их ждет дальше, когда они находятся по разные стороны баррикад? Сможет ли Томас измениться с помощью Алисы? Она хотела этого, безумно хотела. Увести дракона в свой мир, оставив эту битву, чтобы королевы все решили собственными силами. Без магического меча и свирепого дракона.
- Я тоже, - хрипло отозвалась Алиса, стараясь не смотреть на бинты на теле Томаса. Она взяла его руки в свои и переплела пальцы. – Ты говорил про воспоминания. В первый раз, когда я оказалась в Стране Чудес, я видела тебя? Ты поэтому забрал их, потому что они касались тебя? Или кого?.. – Алиса теперь не была уверена, действительно ли хочет их увидеть. Вдруг их специально убрали из ее памяти, потому что они слишком ужасны? В голове сразу замелькали события битвы в южной деревне. Кажется, теперь Алиса никогда ее не забудет, и будет снова и снова видеть этот кошмар. Кошмар, виной которому стал Томас.
Это если вообще у него были воспоминания. Если это не было ловушкой для исполнения плана мести. Алиса допускала об этом мысль, но сейчас, глядя на Томаса, не верила в нее. Он не способен на такое.
«О, нет, ты видела, на что он способен».
Девушка нахмурилась, пытаясь избавиться от подобных мыслей. Томас больше не будет этого делать – быть Бармаглотом, он сможет справиться со своей сущностью. Алиса поможет ему в этом, но главное, чтобы он сам этого захотел. Тяга к убийствам должна уйти в то пекло, откуда появилась. Томас должен это понять.
- Или это было предлогом, чтобы я пришла? Если повстанцы узнают об этом, то мне не поздоровится. Это я, сумасшедшая, общаюсь с драконом, который каким-то чудом сейчас держит себя в руках, - Алиса действительно рассчитывала на то, что Томас сделает ей так же больно, как и она ему. А не обнимет и скажет, что соскучился. - Я хотела извиниться. За это, - Алиса надеялась, что Томас поймет, что она имеет в виду нанесенную мечом рану. Девушка не могла на нее смотреть, не вспоминая весь этот ужас. – Но мне пришлось это сделать. Ты не хотел меня слушать.
Алиса умела говорить, совершенно не думая, как слова могут влиять на людей. Она не хотела вспоминать битву, но говорила о ней. Но как она могла молчать? Может быть, надежды на «долго и счастливо» были, но эти события невозможно забыть. Как Томас запросто сжигал людей и сворачивал им шеи. И Алиса бы никогда не сказала, глядя на него сейчас, что он способен на такое. И она очень хотела, чтобы и он сам от этого отказался.

+1

22

Она не отталкивала его, не кричала, а позволяла обнимать, и Томас расслабляется, наслаждаясь её присутствием рядом. Как ему мало надо для счастья! Всего лишь, чтобы Алиса была рядом, не видеть ненависти в её глазах, причиняющей адскую боль, какую не испытать от вострого меча, не слышать обвинений. Может, и правда всё ещё может закончиться хорошо? Она останется с ним, и они обретут своё «долго и счастливо».
Алиса касается бинтов, и Томас напрягается. Стоило бы одеться, хотя бы с помощью служанки, но подумал, что ничего страшного не будет, а сейчас с замиранием сердца ждал, что будет дальше. Но снова ничего, что могло разочаровать.
Алиса отстраняется, но не сбегает, а переплетает пальцы, и Томас мягко улыбается. Но улыбка тает, и дракон хмурится, слыша про воспоминания. Всё верно, он не ошибся, она пришла за ними. Она хочет получить обратно тот кусочек воспоминаний, который он хранит у себя, и он не прочь вернуть его. Сейчас уже можно, она всё равно знает, кто он, что он делает, и воспоминания уже ничего не изменят.
Томас не торопится с ответом, а Алиса, тем временем, продолжает, и он не удерживается от смеха, когда она заговаривает о том, что дракон держится чудом. Знала бы, что она и есть та, кто сдерживает дракона! Он держится, потому что счастлив рядом с ней! Ей только нужно понять это и остаться, и тогда дракон больше не будет проливать кровь.
- Да, неприятно, - сморщил нос дракон, когда Алиса начала оправдываться за то, что ранила его. – Я не виню тебя. В конце концов, я это заслужил.
Стоять рядом с Алисой был хорошо, но не до конца восстановленные силы не позволяли долго находиться на ногах, и Томас ведёт к кровати, собираясь присесть, но при этом не хотел отдаляться от Алисы.
- Алиса, когда я говорил, что могу вернуть тебе вторую часть воспоминаний, я не лгал, я действительно могу это сделать, - заговорил Томас, присаживаясь рядом с девушкой. Он поднял руку, а через секунду там был ловец снов. Уже не было смыла скрывать от Алисы правду, но утолять любопытство девушки, из-за которого она и вернулась, он не спешил. – Но ты уверена, что хочешь этого? Тебе не понравится то, что увидишь, и, может, после этого ты пожалеешь, что не убила меня тогда. Я хочу, чтобы ты поняла, я забрал твои воспоминания, потому это был единственный шанс спасти тебя. Ты была ребёнком, и я не видел в тебе опасности, поэтому убедил Красную королеву, что, если стереть тебе память, ты никогда не вернёшься в Страну Чудес. Это не единственное, что ты увидишь здесь, а потому хорошо подумай, нужно ли оно тебе.
Томас положил ловец снов на кровати, ближе к Алисе, позволяя ей самой решить, хочет ли она узнать, что произошло с ней много лет назад или поверит дракону. Дракон бы выбрал последнее, но это была Алиса, и он боялся думать, что она может решить. Он боялся, что она увидит разгром деревни, в котором поймали маленькую Алису. Не тот разгром, свидетельницей которого она стала не так давно, а беспощадный, когда он убил абсолютно всех. В тот день не выжил никто, а Алиса была доставлена ко дворцу в лапах дракона. Кажется, тогда у неё остались царапины, и он помнил, как смотрел на них и видел десятки смертей, лужи крови, и ненависть в глазах каждого, кто смотрел на него. Они погибли, потому что защищали её, видя в ней надежду, а потому никто не смел молить о пощади. Они были смелее многих воинов, и, наверное, это спровоцировало дракона в итоге пощадить девочку. Он уважал смелость, а потому не захотел, чтобы такое количество людей пало напрасно.

"- Я могу вернуть её домой, - произносит он, отрывая взгляд от царапин на теле девочки и поднимая глаза на королеву, только отдавшей приказ отрубить ребёнку голову.
- Она вернётся и сразит тебя в Бравный день. Мы не можем так рисковать, - не сдавалась Анастасия, не собираясь выпускать из своих нежных ручек пойманную жертву.
- Она не вернётся, если я сотру ей память. Ваше Величество, она всего лишь ребёнок. У неё нет ни магии, ни вострого меча, а, вернувшись в свой мир, она никогда не вспомнит о своём маленьком приключении. Она не вспомнит о существовании Страны Чудес и о том, что её здесь ждут.
Томас говорил уверенно и спокойно, убеждая королеву прислушаться к его словам. Она не хотела, а потому разговор превратился в спор, из которого колдун вышел победителем."

Тогда он спас Алису и сейчас хотел сделать тоже самое. Спасти от пророчества, но в этот раз не отправить её в другой мир, хотя это не исключено, но отправиться с ней.

Отредактировано Thomas Fleming (27 марта, 2016г. 20:54:56)

+1

23

Алиса была немного удивлена, потому что явно не ожидала принятия Бармаглотом извинений по поводу нанесенной раны, и даже слов о том, что он это заслужил. Он сам считал себя виноватым, и Алиса не могла понять, как он вел себя на поле битвы – намеренно не хотел ее слушать или же им руководило что-то другое в этот момент. Желание убивать и навсегда расправиться с повстанцами, оставив Алису в безвыходной ситуации.
Мужчина подвел Алису к кровати. Она села на краешек, и Томас последовал ее примеру. Он говорил про то, что у него тоже есть несколько воспоминаний, завязанных в магическом узелке. Но Томас сразу предупредил Алису, что воспоминания ей не понравятся, посеяв в ее мысли сомнения – а надо ли вообще тогда их смотреть? Если Алиса увидит что-то ужасное, не правильнее ли будет обезопасить себя от них? Одна часть Алисы безумно хотела удовлетворить свое любопытство, особенно после услышанного, а вторая – твердила о том, чтобы девушка остановилась и теперь даже не думала об этом, ведь прошлое осталось в прошлом. Это было давным-давно, сейчас все иначе. Сейчас ей совсем не обязательно знать об этом, если Томас так отзывается об этом отрывке воспоминаний.
Алиса решила довериться мужчине. Она не видела его сейчас Бармаглотом, хоть и могла назвать это второе имя, принадлежащее драконьей сущности, перед ней сидел Томас, ради которого она могла оставить эту битву, лишь бы только сбежать отсюда. Перед ней сидел Томас, который погубил десятки жизней и не чувствовал себя виноватым за это. Все было настолько противоречиво, что Алиса терялась в собственных чувствах. Готов ли он измениться ради нее? Когда она встретила его в деревне, то могла ответить «нет», но сейчас его искренность твердила ей, что «да». И оставалось понять, в какой именно ситуации Томас соврал.
Алиса в руки узелок и внимательно его осмотрела. Обычная веревка, скрученная в круг, даже не сказать, что магическая. Стоила ли она счастья?
- Хорошо, я нашла, что искала, но лучше оставить прошлое в прошлом, как думаешь? – девушка отложила узелок в сторону. – Может, и ты поступишь так же? Не будет больше жертв, мы сможем сбежать отсюда – не важно куда, в мой мир или какой-то другой. Мы можем сбежать вместе, - последнее девушка добавила неуверенно, потому что не знала, как Томас отреагирует на эту идею. Не каждый сможет отказаться от всего, что имеет, и начать все сначала. Только великое чувство может толкнуть на такое. – Пусть наши королевы разбираются сами, а мы будем свободны и счастливы. И нам не придется сражаться, чтобы определить победителя, согласно пророчеству. А ты знаешь, какова цена за это.
Алиса посмотрела на дракона с надеждой, что он поддержит ее и примет предложение на побег. Ведь это же идеальный вариант, чтобы избежать битвы. У них не будет чудовища, у них не будет воина, армия сразится с армией и решит судьбу Страны Чудес общим поединком, а не боем двух персонажей, на чьих плечах – огромная ответственность. Алиса не хотела нести такой груз, хот у нее теперь и был Вострый Меч, она не хотела сражаться с тем, кого любила, и либо лишиться его, либо погибнуть самой.

Девушка пыталась разобраться в нем, но у нее это не получалось. Вообще. Сколько еще тайн прячет Томас, сколько скрывает от нее? У Алисы тоже были секреты, но самые основные уже известны обеим сторонам. Он – дракон, она – Бравный Воин. Но каковы их настоящие цели, каково то, чего им действительно хочется?
Алиса озвучила свои идеи, теперь очередь Томаса – соглашаться и бежать или оставаться и продолжать готовиться к Бравному Дню.

http://funkyimg.com/i/29PQp.gif

+1

24

Томас мечтал о том, чтобы Алиса отказалась от войны ради него, хотя не сильно верил, что она пойдет на это. Тем более сейчас, когда ей пришлось увидеть, на что способен Бармаглот и как равнодушно он убивает людей, невинных людей, оказавшимися случайно между ним и повстанцами. Он был уверен, что Мирана и ее приспешники настолько хорошо убедили Алису, что она должна убить дракона, что она никогда не откажется от этой миссии, но то, что ему пришлось услышать, несмотря на то, что он хотел этого, удивило его.
Алиса заговорила о том, чтобы уйти в любой другой мир, оставив королев сражаться самим, и только сейчас, когда слова прозвучали, Томас понял, как не просто сделать ему подобный шаг.
Он служил Красной королеве, был у нее в долгу и мечтал уничтожить Абсолема и то, что ему дорого. Он думал, что эта месть принесет ему покой, а теперь все складывалось так, что он не сможет отомстить. Выбор не так велик: либо продолжить войну и потерять Алису, либо отказаться от мести и жить с Алисой в другом, незнакомом мире.
Колдун помнил, как Анастасия освободила его и как поклялся ей в верности, пока не отдаст ей долг, и это клятва стала подобием поводка, на котором держала его королева, дергая по необходимости, усмиряя или отправляя на очередную жатву. Алиса просила сбросить этот поводок, и он бы рад, очень рад, но что- то мешало сделать это по первому зову, словно он чего-то боялся.
Нет, не страшно, впрочем, не совсем правда. Где-то глубоко внутри зашевелился страх, что он не сможет жить в другом месте, кроме Страны Чудес, а вернуться уже возможности не будет. Анастасия не простит предательства, а Мирана, если однажды все-таки воцарится на троне, не простит того, что он делал. Он не увидит больше свой дом, в котором ему жилось вполне уютно, и он любил сбегать сюда из дворца, в тишину, где не было кучки придворных, которые раздражали своей болтовней. Все это останется в прошлом.
Томас проводит по шее, словно там действительно что-то есть, но ничего нет, пусто, и только в сознании некоторое замешательство. Он не смотрит на Алису, глаза бегают по поверхностям и останавливаются на разбитом окне и рассыпанных рядом осколках стекла. Что-то слишком много разбивали в последнее время, и хотя бы есть возможность собрать себя, не чувствовать себя потерянным, как это было накануне, когда ему так не хватало Алисы. Сможет ли он без нее? Ответ очевиден, и дракон поднимает глаза на девушку, проводя ладонью по ее щеке, а на губах появляется мягкая улыбка. Нет, не сможет. Слишком глубоко она запала в сердце, и как он не пытался выковырять ее оттуда, как не говорил себе, что не простит ее, а простил, только увидев и причинив ей новую боль.
Рука коснулась того места, которым она ударилась, упав на лестнице, и меж бровей пролегает складка. Томас чувствует себя виноватым. Это было непривычно, но Алиса каким-то образом пробуждала чувство вины, заставляя по-другому смотреть на свои поступки. Может, в этом и заключается ее сила? Сила, способная усмирить дракона. Не убить, а заставить измениться, почувствовать вину за те страдания, которые причинял. Если это так, то она действительно опасный противник, прекрасно справляющийся со своей миссией. Но Томас не желал видеть в ней противника. Спутницу жизни -да, но не врага, которого нужно убить.
Колдун вкладывает в руку Алисы ключ о комнаты. Она больше не пленница, нет.
- Ты видела мой мир, теперь я хочу увидеть твой, - Томас улыбается, но улыбка выходит напряженной. Ему не просто, и окажись на месте Алисы кто-то другой, он бы постарался скрыть, как сложно принять ему решение, но он не хотел разыгрывать спектакль перед той, кого любит. Пусть она видит, что будучи драконом, он способен оставаться человеком.
- Ты победила дракона, - звучит немного хрипло, и нервно усмехается от мысли, что это все-таки произошло. Но какая теперь уже разница? Никакой, и Томас целует Алису, притянув ее к себе, чувствуя, как все тревоги, волнения, страхи накрывает волна счастья, для достижения которого, как оказалось, дракону надо не так много.

Отредактировано Thomas Fleming (3 апреля, 2016г. 09:35:52)

+1

25

Алиса думала, что можно уговорить дракона перестать сражаться – как наивно и глупо с ее стороны. Но в тот момент, когда все, казалось бы, было как раньше, до всех этих событий с раскрытием правды и определением ролей. И у Алисы не было желания оставаться в Стране Чудес, потому что Томас согласился. Он пойдет вместе с ней, он бросит все!
Эти слова сделали Алису счастливой. Неужели они смогут быть вместе после всего этого? Девушка свято верила в то, что дракон сможет исправиться и стать героем. У нее уже был рыцарь, но сердце Алисы всегда принадлежало только Томасу. Как она могла сомневаться в нем?
Могла… Но больше не будет. Они все начнут с чистого листа. Алиса снова появится на пороге его дома – уже появилась, - и теперь уйдут отсюда вместе. И с Маргери, конечно, если она этого захочет.
По виду Томаса можно было сказать, что он тоже рад принятому решению. Возможно, все происходило слишком быстро и нужно было все обдумать, но ни он, ни Алиса этого не хотели. Ими руководили чувства, а как известно, чувства заставляют делать совершенно неожиданные вещи и принимать серьезные решения за мгновение.
Мужчина притянул Алису к себе и поцеловал. Девушка одной рукой обняла его за шею, а другую – осторожно впустила в волосы. Они будут счастливы. Наконец-то, будут счастливы. И в этот миг забылись все те ужасные вещи, которые Алиса видела в южной деревне.

Like a small boat on the ocean
Sending big waves into motion
Like how a single word can make a heart open
I might only have one match but I can make an explosion

Тем же вечером Алиса и Томас начали продумывать план своего побега. Эта была настолько сложная и запутанная схема, что ни один из них не мог ее запомнить. Чтобы не наделать лишнего шума, нужно было действовать быстро – повстанцы уже наверняка поняли, что их воин пропал. Красная Королева не должна заподозрить в этом связи с Бармаглотом, который после того вечера откровений с ней ни разу не появлялся во дворце. Алиса предлагала идеи одну за другой и настолько увлеклась процессом, что перешла на чушь. Но ей всегда казалось, что чуши в Стране Чудес предостаточно и могут происходить такие невероятные вещи, как, например, прохождение в другие миры через зеркала или же тайные проливы, предназначенные для путешествия русалок. А почему бы и нет? Это же так невероятно и захватывающе!
В итоге появилось несколько разумных идей, из которых нужно было выбрать всего лишь одну. Но Алиса и Бармаглот решили сделать это завтра. Нужно было набраться сил перед завтрашним побегом из Страны Чудес и хорошенько выспаться, особенно Томасу, рана которого еще не до конца зажила.
В коридоре они расстались. Алиса так не хотела отпускать хозяина дома, хоть и понимала, что нужно. Проведя ладонью по его щеке, Алиса поцеловала его со всей той нежностью, которую была готова отдать ему. Пламя малочисленных свеч на стенах коридора то прятали их в своей темноте, то освещали, давай возможность в последний раз взглянуть друг на друга перед прибытием Морфея.
- Жду-не дождусь завтрашнего дня, - Алиса улыбнулась и неохотно выпустила руку Томаса, удаляясь в свою комнату и закрывая за собой дверь.
Улыбка не исчезала с ее лица. Алиса счастлива, безумно счастлива и рада такому повороту событий. Всего через несколько часов они будут в Англии, где их не достанет пророчество, предвещающее кому-то из них погибель от рук другого. Потому что это уже будет невозможно.
Девушка залезла в кровать, спрятавшись под одеяло, когда вдруг что-то упало и тихим гулом отдалось по комнате. Алиса нагнулась в сторону и увидела узелок, который еще утром забыла убрать с кровати.
«Пусть там и лежит», - решила Алиса и легла назад, устроившись поудобнее и закрывая глаза. Но после последовали многочисленные ворочания с боку на бок и перемещение подушки.
Алиса не могла уснуть. Этот узелок со скрытыми воспоминаниями стоял у нее перед глазами, даже когда она их закрывала. Любопытство, которое погасил Томас, снова появилось искоркой в сознании девушки, с каждой минутой становившаяся все больше и больше.
«Это глупо, я же решила, что не стоит этого делать, это было давно, - убеждала себя Алиса, в очередной раз переворачиваясь на бок. Улыбка постепенно исчезла с ее лица, на котором появилось обеспокоенное выражение. – Или посмотреть? Вот именно, какая разница, ведь это было давно. И даже если там такой ужас, как сказал Томас, то это только подтолкнет меня оставить Страну Чудес. Здесь повсюду опасности, о которых даже вспоминать не хочется. Так что воспоминания были бы неплохой мотивацией. И ведь я люблю Томаса, даже если он выполнял очередной приказ Королевы, я смогу его простить. Сейчас он стал другим человеком».
Этот внутренний монолог продолжался чуть ли не час. Алиса пыталась противостоять соблазну и отгонять любопытство, но оно оказалось сильнее. И в какой-то момент она глубоко вздохнула и вскочила, встав с кровати и подняв с пола узелок.
«Я просто посмотрю и все, это было много лет назад и не важно сейчас», - с этими мыслями она поднесла узелок ближе к лицу и вгляделась в пустоту, в которой сразу же замелькали картинки. Она уже знала, как действует эта магия, потому что видела ее применение Герцогиней.

And all those things I didn't say
Wrecking balls inside my brain
I will scream them loud tonight
Can you hear my voice this time?

Перед Алисой была горящая деревня. Огромная, с множеством домов и башен. Пламя едва касалось небес, в которых застыла неподвижная тень. Бармаглот.
Сотни криков, тонущих в огне, горы тел, пытающихся сбежать из этого кошмара. Дракон щедро поливал урожай огнем, чтобы никто не выжил.
Алиса чувствовала, что ее пытались оттуда увезти. Какой-то мужчина нес ее на руках, избегая огненных волн и рушащихся зданий. Девочка испуганно вертела головой и видела, как люди падают, охваченные огнем. Их душераздирающие вопли резали слух и тоже заставляли Алису кричать. Она не понимала, что происходит, не понимала, что эта война и чудовищная сила пророчества, которое ее ждет. Ради нее погибла целая четверть огромной Страны Чудес. Целый кусок этого мира был выжжен из истории, потому что дракону дали такой приказ – приказ на ее поимку.
И Алиса видела, как тень со змеиным шипением опускается из-за облаков, сотрясая землю. Мужчина останавливается и ставит Алису на ноги, приказывая бежать. Но девочка, настолько испуганная, вяло перебирает ноги, смотря назад, как дракон выпускает из пасти пламя и сжигает ее защитника заживо. Беспощадно и не сомневаясь.
А потом тень, скрывшаяся в едком дыме, появляется перед Алисой и хватает ее, стиснув тело когтями.
http://funkyimg.com/i/29UmX.gif http://funkyimg.com/i/29UmW.gif
Алиса закричала, как в детстве кричала в этом воспоминании, увидев перед собой тень в дыме. Ей казалось, что дым наполняет комнату. Задыхаясь, девушка выронила из рук узелок, который укатился под кровать.
«Это неправда. Это не может быть правдой, - Алиса жадно глотала воздух и, оперевшись на кровать, сползла на пол. – Сейчас он не такой».
О, как Алиса пыталась себя в этом сейчас убедить. Он не такой, он хороший и станет еще лучше – она повторяла эти слова, словно мантру, но увиденное встало на свое место в ее сознании. Теперь она все помнила и ощущала, словно это было сейчас. Словно она была в той деревне, которую превратили в пепел, только чтобы найти ее – ребенка, случайно оказавшемся в Стране Чудес. Столько жертв, и для чего? Потому что Анастасия этого хотела? И Бармаглот разделяет ее мнение? Вел он себя так же несколько дней назад в южной деревне, и теперь с трудом верилось, что он согласится покинуть Страну Чудес. Более того, это казалось подозрительным.
«Но я его люблю», - Алиса поняла, что за чудовище полюбила. И это чувство было несравнимо с тем, что она испытала, пронзив его мечом. Он убил не двух-трех воинов. Он вырезал множество людей, как борющихся, так и ни в чем не виновных мирных жителей, которые даже не имели отношения к восстанию. И это было ужасно. Пугающе. Жестоко.

+1

26

В какой-то момент Томасу показалось, что конфликта с Алисой не было. Не было той встречи в южной деревни, не было утерянного меча и раны, о которой тоже сумел не думать, находясь рядом с любимой и обсуждая предстоящий побег в другой мир. Его даже не пугало то, что он собирается жить в незнакомом месте, где у него уже не будет той власти и ещё неизвестно, как там будет работать магия, но всё же это казалось такими пустяками, на которых совершенно не хотелось зацикливаться. Куда важнее было решить, как безопасно покинуть Страну Чудес, хотя план в целом имелся. Им не придётся обращаться к Белому кролику, а Томас сможет своими силами переместить их, но нужно защитить дом, чтобы королева не смогла проникнуть внутрь. О том, чтобы оставить всё незащищённым, он и подумать не мог. Здесь хранилось многое из того, что он не хотел бы, чтобы это попало в чужие руки, а потому дому требовалась защита лучше, чем та, которую смогла преодолеть Алиса, хоть он и рад её появлению. Пусть тайком, но всё же пришла и готова отказаться от войны.
В этот вечер в доме было весело. Некоторые идеи настолько было смешны и нелепы, что Томас и Алиса смеялись, и Маргери, заглядывающая время от времени, тоже присоединялась к веселью и радовалась за хозяина, который больше не думал о мести, а выглядел счастливым.
Они так и сидели в комнате Алисы, и покидать её совсем не хотелось. Даже ночь в дали от любимой казалась слишком долгой, хотя она ещё даже не наступила. Но вдруг Алиса снова сбежит? Наверное, потому Томас и не спешил отправляться спать, что не хотел оставлять девушку одну, и, если бы не её настойчивость, и вовсе бы остался рядом с ней охранять её сон. Ему это было бы совсем не сложно и даже приятно, но пришлось уйти, потому что Алиса не считала это этичным, но Томас получил свой маленький подарок на ночь в виде нежного поцелуя, после которого желания покинуть Страну Чудес только возросло.
Оказавшись в комнате, Маргари тут же появилась следом, напоминая о перевязке, и несмотря на заверения Томаса, что нет в ней необходимости, служанка и слушать не хотела. Она заговорила, что, возможно, это в последний раз, когда она может сделать что-то полезное для хозяина, потому что покидать родную она не собиралась, чем огорчила дракона. Попытки уговорить её ни к чему не привели, и Томасу пришлось смириться, что в новом мире его любимой служанки не будет рядом, а здесь оставлять её опасно. Что если королева захочет её убить? Этот вариант вполне возможен, если она будет зла на предавшего её дракона.
Отпустив Маргери, Томас задумался над её безопасностью. Конечно, просто так он её не бросит, он придумает, как ей спастись в случае опасности, и зачатки плана в сознании уже были, когда колдун лежал на постели, не спеша разбирать её.
Рука в кармане нащупала кулон, и Томас извлёк его, подняв над головой. Он должен был стать планом мести, но вместо этого стал ненужной безделушкой. Нужно вернуть его Алиса, но для начала избавить от тёмной магии, пропитавшей его. Можно было отложить это на утро, но дракону не спалось, и причиной тому было возвращение Алисы. Оно сделало дракона счастливым, хотя иногда всё казалось приятным сном, который вот-вот должен оборваться.
Томас не знал, сколько он пролежал, но, кажется, задремал, когда внезапно услышал душераздирающий крик. От неожиданности колдун подскочил, сев на кровати и тут же сморщившись от боли в ране. Она всё ещё причиняла неудобства, но сейчас было не до неё. Кричали во сне или наяву? Томас не тратил время на раздумья, поднявшись через боль и отправляясь к спальне Алисы. Если с ней всё в порядке, то неважно, кто кричал. Но сердце тревожно билось, заставляя идти быстрее, и шаг становится шире, а, оказавшись у нужной двери, без сомнений распахивает её.
Глаза расширяются от страха, но страшно было не за себя, а за Алису. Она сидела на полу, в слезах, дрожа непонятно от чего, и Томас бросается к ней, падая на колени и прижимая её к себе.
- Всё хорошо, Алиса, я с тобой, - шепчет он, проводя рукой по волосам. Он не спрашивает, что её напугало, расскажет сама, как будет готова, а он подождёт и просто будет рядом.

+1

27

Алиса стеклянными глазами смотрела перед собой, не замечая ничего вокруг. Как в комнату вбежал Томас, как сел на пол рядом с ней и заключил в объятья. Она не чувствовала, как он гладил ее ладонью по волосам, пытаясь успокоить, и разговаривал с ней. Раз за разом она видела рядом картину в узелке со своими воспоминаниями: дракон, парящий в огненных небесах. И это была не битва. Это была резня.
Девушка не знала, сколько просидела так, когда сознание начало потихоньку к ней возвращаться. Шок от пережитого в детстве был сильнее сейчас, когда мозаика была собрана. Повстанцы действительно боялись это чудовище и отдали множество жизней в борьбе с ним, чтобы… защитить ее. Они верили в эту маленькую девочку, верили, что она сможет их спасти и освободить, что с ее помощью добро победит зло. И погибли за эту веру в огне чудовища Страны Чудес, которого послала Красная Королева на поиски будущего Бравного Воина. И теперь в голове Алисы стали появляться мысли о том, что то же самое Томас может сделать и с ее миром. Англия будет пылать огнем, и когда все будет кончено, Алиса поймет, что это ее вина. Она приведет в свой мир монстра.

http://funkyimg.com/i/2bLYm.gif

Девушка со страхом заглянула в лицо Томаса. Она пыталась убедить себя, что этот человек не способен на подобное, но чем больше думала об этом, тем сильнее становилась тревога.
«Способен», - эхом отозвалось в Алисе. Томас показал ей истинного себя в деревне, когда намеревался сжечь ее дотла. Возможно, он думал, что если уничтожить лагерь повстанцев с оставшимися в нем немногочисленными воинами, тем меньше будет следующая их потеря. Было ясно, что он в ответе за свои действия перед Красной Королевой и не может ударить в грязь лицом, даже ради Алисы он не остановился и не прекратил все это. Как она может быть уверена в нем, в его чувствах, если он не хочет прислушаться к ней?

- Я посмотрела узелок, - хрипло отозвалась девушка, не узнавая свой голос. Она медленно высвободилась из объятий. – Прости, я посмотрела, потому что не могла иначе. Наверное, тебе вообще не нужно было рассказывать о нем, потому что незнание всего этого… кошмара, - Алиса с трудом подбирала слова, чтобы не сорваться на эмоции, - давало мне надежду, что ты не такой. Не такой… беспощадный убийца, каким всем кажешься. Я знаю тебя с другой стороны, но мне начинает казаться, что это не так.
Алиса поняла, что торопилась с побегом из Страны Чудес. Теперь она не может просто так сдаться, потому что получится, что все те, кто погибли ради нее, погибли зря. Она должна остановить Анастасию и убедить Томаса в ее неправоте, чтобы он перестал поддерживать ее и поднял мятеж. Рэймонд бы поддержал эту затею, но что касается Томаса – девушка не была в этом уверена, хоть и надеялась.
- И теперь я считаю, что мы поторопились покидать Страну Чудес. Это воспоминание заставило меня поверить в пророчество. Боже, не верится, что я это говорю… - девушка выдохнула, закрыв лицо ладонями. – Я не могу уйти отсюда сейчас, тем более, когда Бравный День близко. Вместе с тобой мы сможем победить Красную Королеву, мы покажем ей, что сильнее нее. Мы сможем освободить Страну Чудес, а не уничтожать ее, как ты был вынужден делать до этого.
Алиса надеялась, что он был «вынужден». Где-то внутри нее еще горел луч надежды, что все эти злодеяния дракон делал не по собственной воле, что Анастасия заставила его, угрожая или шантажируя… Девушка пыталась поймать взгляд Томаса и понять, о чем он думает на самом деле. Пусть он и совершил все, что Алиса увидела в воспоминании, он мог исправить это. Он мог искупить свою вину и встать на сторону повстанцев, если бы только захотел… Алиса с безумством в глазах наблюдала за ним, надеясь, что он примет ее сторону, а не поступит так, как случилось в деревне – проигнорирует.

+1

28

Томас никак не мог привыкнуть к страху в глазах Алисы, а стоило бы. Он дракон, убивший сотни человек, а она обычная девушка, которая по пророчеству должна его убить. Но всё это ничто с его желанием уберечь Алису от всяких битв, не важно с кем, главное держать её в безопасности. Он хотел защитить любимую, а вместо этого постоянно пугает: на конюшне, в деревне, а теперь она снова напугана, и колдун очень хочет знать причину. Но чем бы ни был вызван страх, Томас чувствует себя виноватым, потому что это случилось в его доме. В доме, где ей не должно ничего угрожать, где она находится в полной безопасности. Но так ли это? Не многие согласятся с этим утверждением. Для них именно от дракона исходит опасность, и по-своему правы, но Алиса не все, она особенная, и колдун не может и не хочет, чтобы она рядом с ним чего-то боялась. Он сделает всё, чтобы защитить её, даже если придётся убить Анастасию или Мирану.
Это было бы так просто, но в тоже время всё ещё невозможно. Он до сих пор не убил Мирану, а Анастасия держит на поводке, и это невыносимо. То, что казалось простым, на деле оказалось невозможным. И всё же он готов сделать всё, чтобы Алиса была в безопасности.
Томас шепчет слова успокоения, не разбирая, что говорит, пока Алиса не отстраняется. От её слов надежда, живущая в сердце дракона, надломилась, и он опускает руки, не пытаясь снова обнять девушку. Она всё-таки это сделала, она заглянула в прошлое. Зачем, Алиса? Ему так захотелось встряхнуть её, спросить, зачем она это сделала, когда они уже всё решили, когда оставалось совсем немного до новой жизни. Всего один шаг, и они оказались бы далеко от войны. Она ведь сама его просила остановиться, и теперь отказывается?
- Надо было его сжечь, - поздно осознаёт свою ошибку колдун. Он верил, что она не будет заглядывать в прошлое, а даже если посмотрит, это не заставит её изменить решение. Как же он ошибся! Снова ошибся, и готов рвать и метать, но сидит перед Алисой на полу и смотрит на неё с болью, хмуро сдвинув брови. Она не может так поступить с ним. Не сейчас, Алиса! Только не сейчас!
- Нет, Алиса, прошу тебя, не отказывайся от побега. Поверить в пророчестве, это значит сразиться со мной, но я не хочу этого. Я не хочу битвы с тобой, - Томас с мольбой смотрит на девушку и сжимает её ладонь в своей руке. Такая тёплая и маленькая, что просто невозможно представить в этой руке меч, а она снова говорит о пророчестве, отнимая у дракона единственное, во что он верил – в возможность жить с Алисой и больше не принимать участия в бессмысленной войне. Всё это таяло, и он не мог это отпустить. Не желал, цепляясь за мечты из последних сил, а они ускользали с каждой секундой. И если не переубедит Алису, Бравного дня им не избежать.
- Может, увести силой? – проскальзывает мысль на задворках сознания, но тут же отмахивается. – Нельзя. Она не будет никогда мне доверять. И почему с ней так сложно?
Для него слишком тяжело думать, что ему придётся сражаться с той, кого любит. Сложно поверить, что она согласится взять в руки меч и выступить против него. Она должна понять, что кроме как бежать, у них нет другого выбора.
- Мой переход на сторону Мираны ничего не изменит. Она также будет заставлять убивать, потому что Анастасия без войны не захочет отдавать власть. Это будет всё та же кровопролитная война, которую ты так хочешь остановить. И Анастасия так просто не отпустит меня. Я в долгу у неё, в огромном долгу, и это держит меня, и только побег в твой мир даст мне свободу. Прошлое в прошлом, помнишь? Ты же об этом просила, - напоминает, только бы не оставаться в Стране Чудес, быть с любимой вдали от того, что так ему надоело. Почему Алиса не хочет его понять? Она же хочет остановить дракона, а побег был лучшим решением, которое приведёт к тому, что должно быть – битва Анастасии и Мираны. Они должны сражаться, а не молодая девушка, не обладающая магией, и дракон.

+1

29

Он смоет бороться за повстанцев. Он силен духом и не станет подчиняться Красной Королеве, ведь он видит, что она – воплощение зла в Стране Чудес. Он…
Алиса сейчас старалась оправдать деяние Томаса, оправдать для себя, потому что для окружающих он всегда был чудовищем. Кому-то, как Анастасии, это чудовище нравилось, а кого-то заставляло дрожать от страха только при одном только имени «Бармаглот». Алиса же испытывала нечто иное чувство, вроде… разочарования? Она не хотела принимать того, что увидела, будучи маленькой, когда попала в Страну Чудес, но не могла этого сделать. Как можно закрыть на это глаза? Как?..
Томас стоял напротив нее, сжимая ладонь девушки. Алиса видела, как он смотрел на нее, видела мольбу в его глазах. Именно так она смотрела на него в пылающей огнем деревне, когда он без колебаний отвернулся от нее. Почему она должна поступать сейчас иначе? И почему он опять не хочет прислушаться к ней, ведь она предлагает действительно хороший выход из этой ситуации? Он будет за добро, он покажет всем, что не то чудовище, каким его считают, и, возможно, - но только возможно – сможет искупить перед повстанцами свою вину за царящий в Стране Чудес хаос.
- Но мы и не будем драться. Нам не придется этого делать, - Алиса с улыбкой, вызванной шоком, выдохнула. – Они стольким пожертвовали ради меня… Они так верят, Томас! Я не знаю, смогу ли оставить их… Это будет неправильно. Но я не хочу оставлять и тебя. Я буду защищать тебя от Анастасии, что ты должен ей такого, что не дает тебе быть самим собой? Таким, каким я знаю тебя.
Алиса сжала ладонь мужчины, показывая, что уже приняла решение, несмотря на все свои « не знаю» и «но» в словах. Она будет бороться с Анастасией, будет бороться за свободу повстанцев и изгонит эту колдунью прочь. И Томас поможет ей. Ведь правда?
- Томас? О, пожалуйста, скажи, что ты со мной, что ты пойдешь со мной?.. Томас? – Алиса приблизилась и одним касанием пальцев повернула к себе лицо Бармаглота, чтобы поймать его взгляд. Девушка надеялась прочитать на его лице радость, что они, наконец-то, смогут быть вместе, уловить искры согласия в его глазах, хотя бы едва заметный кивок головы, но в ответ увидела все противоположное.

Они собирались сбежать из Страны Чудес, а теперь Алиса не хотела оставлять этот мир и надеялась ему помочь. Она с неохотой приняла роль Бравного Воина, пока не выяснилось, что драконом оказался ее возлюбленный и именно с ним она должна сразиться в Бравный День, чтобы победить, ей нужно было отрубить чудовищу голову Вострым Мечом. Алиса с ужасом думала обо всем этом теперь, она не могла убить человека, только монстра. Но как быть, если Бармаглот представлял из себя и то, и другое?
Еще есть время все исправить. Бравный День не наступил, поэтому все можно переиграть. Плевать на Абсолема с его пророчествами, они все переиграют. И в этот раз противниками станут не Алиса и Томас, а Красная Королева. Эта идея была безумной, но какая Страна Чудес без безумия?

http://funkyimg.com/i/2cveT.gif

Алиса молча выслушала до этого то, что мужчина сказал ей про Мирану. Он ошибался, может быть, не ведал полной информацией, и это понятно – лагери повстанцев не так просто найти. Повстанцы не убивали карточных солдат и преданных бойцов Королевы, а обезоруживали и брали в плен. Не было смысла воевать народу Страны Чудес между собой, когда их враг однажды пришел из Зачарованного Леса и захватил своей магией Страну Чудес.
- Ты ведь не такой, как она… - прошептала девушка, проведя ладонью по щеке Томаса.

+1

30

Алиса настаивала на своём, наивно пологая, что сможет привести дракона в лагерь повстанцев. Томас мог бы поддаться на уговоры, но только затем, чтобы узнать, где прячутся враги королевы, и убить их, не дожидаясь Бравного дня. Но как бы на это посмотрела Алиса? Она бы возненавидела дракона и тогда он потерял бы её навсегда, без малейшей возможности вернуть. Она никогда не простит подобного удара в спину, и он не готов его нанести. Он упускает возможность закончить войну, а это грозит вызвать гнев королевы, но волнует ли это на самом деле? Его беспокоит лишь то, что Алиса больше не хочет покидать Страну Чудес, собираясь выступить против Красной королевы.
- И почему с ней всегда так сложно? – сокрушённо думает дракон, слушая любимую и никак не желая соглашаться с её выбором. Сложная Алиса, невозможно сложная и упрямая, что даже дракону не удаётся сломить её.
Она не хочет его понять, его усталость от войны, пусть в ней и есть своя прелесть, и он здесь нужен, он чувствует себя нужным, но это было до того, как полюбил Алису. С её появлением всё изменилось, и он хочет и дальше менять, уйдя с войны и открывая для себя новую жизнь. Ту жизнь, которой его однажды лишили.
- Они верят, что ты убьёшь меня, что избавишь этот мир от чудовища. Они никогда меня не примут, - качает головой Томас, сдержанно улыбаясь, а сама улыбка выходит грустной. Алиса не хочет верить в эту простую истину, и это погубит дракона, если он прислушается к ней. – Ты не сможешь защитить меня от Анастасии. У нас не просто сделка, это была клятва. Одна из тех, нарушить которые без последствий очень тяжело, но тогда мне казалось, что я ничего не теряю. Анастасия спасла меня, освободила. Я пробыл в заточении несколько десятилетий и никто, ни Мирана, ни Абсолем, ни кто-либо другой и пальцем не пошевелил, чтобы снять заклятье. Впрочем, Абсолем кое-что сделал, он написал пророчество, в котором я оказался нужен Анастасии, потому она и нашла меня. Теперь я должен выиграть ей войну.
При упоминании Абсолема, в душе Томаса вспыхнула злость. Он злился на старого друга, ненавидел его и желал уничтожить. Алиса не умела читать мысли, но сомнительно, что от неё укрылась вспышка гнева в глазах дракона, тем более, когда она так пристально на него смотрит. Гнев удалось быстро подавить, но неприятный осадок всё ещё оставался, и в какой-то момент мысль о побеге показалась неправильной. Сбежав, так и не отомстит, но смотря в лицо любимой, побег казался наилучшим выбором. Это было правильным решением, и стоит только убедить Алису, что не стоит отказываться от побега, и он продолжает, не желая сдаваться и отступать:
-  Вся моя жизнь – это война и смерть, хочу я того или нет. Ты первая за долгие годы, ради кого я хочу что-то изменить в своей жизни. Понимаешь, Алиса, ты первая, кого я по-настоящему не хочу терять, а ещё ни одна война не обходилась без потерь. Я хочу избежать этого. У них не будет Бравного воина и дракона, королевам рано или поздно придётся сразиться между собой. Кто-то выиграет, кто-то проиграет, это не важно. Это чужой для тебя мир, ты не можешь за него так переживать, а мою жизнь в своё время он разрушил. Мне не за что держаться здесь.
По выражению лица Алисы ясно, что она уже приняла решение, но всё же дракон не привык сдаваться так легко. За то, что ему дорого, он готов был бороться, а Алиса просит о невозможном. Уйти с ней и продолжить то, о чего он хочет сбежать. А если он потеряет её? Страна Чудес погибнет в огне, потому что он будет винить всех: Мирану, Абсолему, Красную королеву и всех остальных, кто живёт в этой чёртовой стране и яростно ненавидит дракона, кто хотя бы косвенно может быть повинен в смерти его любимой. Он не сомневался, что уничтожит всех, если они дадут малейший повод спустить с поводка дракона. Нужно совсем немного, чтобы сорваться, и тогда он снова окажется врагом для всех, монстром, каким они привыкли его считать, и вряд ли когда-нибудь изменят своё мнение. 
Томас накрывает руку Алисы своей, задерживая на секунды, чувствуя её тепло, а затем подносит к губам, целуя ладонь, но при этом не сводит глаз с девушки. Он мог бы сказать, что ему приятно, что она не считает его таким же, как Красная королева, но это не делает его лучше, а потому он предпочитает промолчать. Он не лучше Анастасии, а хуже. Ей движет желание власти и богатства, но за свои действия она отвечает сама, дракону же приходится подчиняться и выполнять желания других. И только бежать от него и от того, что ещё может толкнуть на ещё большее зло. Он видел свой выход только в этом, а не переход из одного лагеря в другой.
- Я пойду с тобой, но не к повстанцам.

+1



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC